XIV.
Ring my Bells (French Version) — Grice
— 73 —
После того, как Иерусалимский король получил дурные вести из крепости Бофор, Иоланда де Ранкон отыскала в этом возможность повстречаться с возлюбленным. Сначала она гнала коня по следам удаляющейся армии, а затем взяла курс на северо-запад. «Мы вот-вот соединимся с тобой, Аль, — думала Иоланда, — соединимся навсегда, ведь ты говорил, что не сумеешь жить без меня под этим небом...»
О, как верила она этим словам! Она верила ему, Аль-Афдалю Али ибн Юсуфу, сыну Салах ад-Дина, эмиру Дамаска, с тех самых пор, когда они впервые повстречались; как верила в знаки свыше о том, что сама эта встреча — дар судьбы.
Они встретились звёздной ночью на переходе от Перигора в Иерусалим. Свита графа Бардольфа де Ранкон, как и он сам вместе с дочерью, через два дня пути вошла в пустыню. С лошадей они пересели на вьючных мулов и на третий день прибились к огромному торговому каравану, уплатив караван-башу за возможность находиться под защитой сопровождающих его рыцарей-тамплиеров. Так делали многие: паломники, идущие к Святым местам, и путешественники, стремящиеся перейти с одного города в другой.
При большом количестве людей караван передвигался медленно. Остановки случались только на ночь, а с первыми красками рассвета караван-баш приказывал идти дальше. В одну из таких ночей Иоланда де Ранкон так и не сумела сомкнуть глаз: от долгого пути тело её затекло, а в горло будто раз за разом опрокидывали горсть песка. Всё время она оставалась подле отца, под надзором его воинов, но он раздражал её бесконечными рассказами о будущем: о том, что он найдёт ей хорошего мужа там, куда стекаются самые разные люди со всего мира, что, как только это случится, на её плечи ляжет забота о Перигоре и всех его землях... Уже опустилась синяя темень, когда Иоланда ушла в самый хвост каравана — если днём его замыкали рыцари, к ночи там оставались только мулы, ослы и верблюды, улёгшиеся в песок и чавкающие губами. Вдали от людей она сняла вуаль и, раскрыв рот, глубоко вдохнула остывающий воздух.
Она увидела его — сначала чёрную точку, мелькающую вдалеке, и взволнованно обернулась на караван: огни его почти потухли, люди ложились, зная, что сон их будет недолгим, и только рыцари оставались на постах, но — достаточно далеко, чтобы...