Глава 3

15 Апреля. Пограничный пункт «Форт-Басра». САР Ирак
Наконец-то Дмитрий мог встряхнуть свои кости, суставы и прочие органы после часовой поездки от города Басра до пограничной базы. Встряхнуть ему их надо было не из-за дальней дороги, а из-за синяков, отбитых во время езды по песчаным дюнам Аравийской пустыни. Как и полагается майору, Дмитрий сразу направился к начальнику пограничного Аравийского театра Петру Михайловичу Иванову.
Дмитрий теперь стал не похож на себя. Прежде замкнутый пофигист, а теперь зоркий педант. Теперь он не просто Дима, а майор Дмитрий Купечников. По такому случаю, Дмитрий Николаевич был одет в серый военный мундир, перешитыми на грудь орденами и золотыми майорскими погонами. Но всё также на его лице, словно сосулька с крыши, свисала русая борода.
Выйдя из джипа, майору даже не пришлось идти никуда. Генерал Иванов встретил его прямо у фортовых ворот.
-Здравия желаю, товарищ генерал!- по всей форме отчитал майор
-Вольно, товарищ майор!- скомандовал генерал
Генерал был седым, рослым мужчиной лет пятидесяти с лицом золотистого цвета и голубыми глазами. Носил он по обыкновению стандартный военный плащ и фуражку.
-Ну Дим...теперь действительно с возвращением!- едва не всплакнул генерал.
-Я скучал, если быть честным- с приподнятым настроением ответил офицер.
-В общем, ты свои обязанности знаешь... на тебе тренировки, пограничная логистика, охрана и прочий менеджмент
-МДА...- вздохнул майор Купечников- а говорят быть военным в полицейском государстве легко
-Демократам ещё сложней- ухмыльнулся генерал-майор
-Умерло гражданское общество, умерло общество гуманизма, а без него умерла демократия. Логично?- заключил Дмитрий
-Людям есть нечего, вот и умерло- добавил генерал Иванов- ну о политике, пусть наш ЦК КПЕ рассуждает, а наше дело- Родину охранять- воодушевлённо утвердил Пётр Михайлович.
-Пройдёмте, Дмитрий Николаевич, осмотрим ваши «владения»- предложил генерал.
Вся часть была не очень большой. По большей части, массивности этому строению предавали стены. Их высота была с пятнадцатиэтажный дом. На самих стенах отблёскивала тонкая паутинка колючей проволоки. К стенам было пристроено 6 башен, на каждой из которых сидел снайпер с крупнокалиберной винтовкой и висели огромные прожекторы на десятки тысяч вольт.
Вообще служба на границе- самая романтичная (после службы во флоте разумеется)служба. Ходишь, проверяешь стены, ловишь контрабанду, нелегалов и тому прочее. Но вот только всё это- единичные случаи. В остальном служба на границе похожа на стандартную. Учитывая, что при базе нет КПП, то служба обычно сводилась к чистке лука или подметанию песка в местном ангаре. Правда, раз в месяц проводилась чистка оружия. Тренировки и вовсе были жуткими. С четырёх утра ребят гнали верстать вокруг базы 5 кругов (где-то 8 км!). Потом все массово шли на завтрак. На завтрак обычно была овсянка быстрого приготовления, хлеб, чай и гренки без масла (по сути тот же хлеб, только жаренный) и иногда давали булочки. После завтрака начиналась работа. Как я сказал, по большей части она сводилась к готовке, тренировке, уборке или рейдам вдоль стены.
В 14:00 у всех наступал обед. На обед давали...что угодно. Обычно супы типо вермишель или вообще щи из иногородней зелени. Думаю какого она была качества говорить не стоит. В лучшем случае- уха из дальневосточной рыбы. Качество тоже весьма очевидное. После обеда было время досуга. Оно сводилось обычно к подпольному пьянству, стрельбищу или к турнирам по борьбе. Особенно если в часть приезжали новобранцы-горцы. В 16:00 был ланч. На ланч давали эстонский творог, кружку молока и фрукты с ягодами. И это было единственное время, когда солдаты могли доесть всё не выливая, не выплёвывая то, что брали в рот (кроме творога).
Вторая половина дня была занята полноценной работой. Она была самой интересной. Местный бухгалтер-сержант постоянно бегал по всей базе со стопками книг и бюллетеней. Что-то этих бюллетенях было написано никто не знал, а точнее знал только сержант. Бритоголовый прапор тоже вечно сидел в своём офисе за бумагами. Но в отличие от сержантских бюллетеней, все знали что было написано в этих бумажках. На обычных печатаных листах были напечатаны отчёты о новобранцах. Виктор Васильевич (г-н прапор)вечно смотрел на эти бумажки не то с оттенком горечи, не то с оттенком кринжа (Прим.: cringe(англ.)- стыд, позор). Господин посол Эль-Камбур 24/7 сидел в своём тесном, маленьком офисе, где небыли ничего кроме железного шкафчика, стола и раскладушки. Мехкед был очень аскетичным человеком, даже в тембре его голоса была отражена вся его внутренняя буря и если бы он не говорил по-русски, то трудно было бы понять, пытается ли он тебя отчитать или выругать тебя по матери.
Казалось бы, куда Диме влиться в этот и без того отлаженный механизм? Но ответ был весьма прост. Генерала Иванова переводят в Москву. Теперь контролем всего этого аппарата должен заниматься Дима. Вот так вот. С места в карьер.
Иванов показал своему приемнику офис. Комната была роскошна. Возле двери стоял кожаный диван. Вдоль стены стоял дубовый шкаф с прозрачными створками. Через эти створки были видны различные награды и премии Петра Михайловича, различные аксессуары и просто красивые вещи типа рюмок, бутылок, картин и прочего. Стол занимал 51% всей площади. На нём стояли глобус, чернильница, подставка под файлы, печати, телефон и песочные часы. На дальней стене висел фиолетовый флаг Евразийской Федерации. Прямо над флагом висел портрет действующего президента Евразии Максима Москвина. Его орлиный глаз, вылезавший из-под длиной чёлки, падал прямо на дверь даже сквозь очки. На портрете он стоял на фоне флага СССР. По обе стороны от сидящего были флаги части (слева от сидящего) и пограничных войск (справа). В кабинете так же была одна странность. Кабинет был совмещённый квартирой. Прямо за шкафом была дубовая дверь. Она вела в очень маленькую комнатку. В этой комнатке были только шкаф, стол, маленький телевизор и диван. Больше бы там просто физически ничего не поместилось
-Располагайтесь!- Воодушевлённо крикнул Пётр.
-Скромно очень. Тут расположиться то особо негде- ухмыльнулся майор.
-Ну как знаете...-генерал выдержал паузу- ...в любом случае, это всё теперь ваше.
-Я устал за день. Хочу отдохнуть.
-Ваше право- угодливо ответил генерал
Пётр Михайлович ретировался за дверь, а Дмитрий Николаевич сел за стол, развернул какой-то свёрток бумаги и принялся читать. Свёрток этот он получил прямо перед отъездом. Это было письмо