Глава 41
•••
От лица Алекса
...
Только надежда остаётся внутри. Вот потому, несмотря на все контраргументы, на уныние и чувство полного бессилия, несмотря на мою убеждённость в том, что ничего не изменится к лучшему, я всё же не
способен отречься от единственного, что поддерживает во мне волю к жизни - от надежды.
Для некоторых, это слово всегда являлось предметом насмешек и было почти равнозначным слову ,,обман". Это слово затаскано людьми, которые обещают то, чего они заведомо не собираются выполнять, и тем самым ранят сердца близких.
С этим словом на устах я часто просыпался утром, но потом оно подвергалось истязаниям в течение дня и умирало к ночи, чтобы с утренней зарей снова ожить.
И... Я пришёл к выводу, что хуже любой жажды, заточения, нищеты, неразделённой любви, горечи поражения - хуже всего это знать, что ты никому, совершенно никому в этом чёртовом мире не нужен!
...
Дыхание перехватило, сейчас хотел только одного - уберечь и спасти её, даже если сам при этом погибну.
Оглушающий сильный звук, земля под ногами дрожала, а взрывная волна вот-вот настигнет нас. Оставались какие-то никчёмные доли секунды.
Перепрыгнув порог этого злосчастного места отлетел в пожёлклую траву вместе с Валенсией. Оказался сверху на ней, пряча и прикрывая её от всего своим собственным телом.
Не смотрел никуда, только в её глаза, полные страха, сожаления и отчаяния.
- Чёрт! - зажмурил глаза от резкой боли в области спины.
Дом просто разрушился, оставив после себя груды камней и арматуры...
Отчётливо ощущал как что-то острое проткнуло меня, лишая возможности двигаться, как изо рта начала течь кровь, а дышать становилось с каждой минутой всё сложнее и сложнее.
- Алекс... Нет.. Нет..
Её глаза наполнились горячими слезами, а я, сжав челюсть вымученно улыбнулся.
- Всё закончилось... Теперь ты в безопасности...
Дрожащей рукой она пыталась стереть кровь из моих губ.
- Ты обещал что всегда будет рядом! Обещал...
Сглотнув мешающий в горле ком, хриплым, уже совершенно надломленным голосом произнёс:
- Я люблю тебя...
Валенсия задрожала сильнее всхлипывая.
- Я люблю тебе, Алекс! Прошу...
Я не мог пошевелиться, любое хоть малейшее движение доставляло адскую боль, от которой мог в любой момент отключиться.
Но слыша эти слова, которые были так желанны... Которые и придавали мне сил оставаться сейчас с ней, терпеть... Наверное вот оно - счастье, хоть и при таких обстоятельствах...
- Валенсия! Алекс!
Голос Филиппа заставил поднять голову. Он бежал к нам держась за окровавленное плечо.
Я прохрипел: