Главы 106-110

Глава 106

Пять минут спустя в класс вошёл настоящий учитель.

В руках он держал двух мёртвых кроликов. Как только он шагнул внутрь, он бросил их на пол.

Ярко-красная кровь разбрызгалась на штаны сидящего ближе всего студента, который начал неудержимо дрожать. Учитель усмехнулся, схватив студента за волосы своей окровавленной рукой и заставляя его поднять голову.

— В чём дело? У этого студента панический страх при виде крови? Это не годится. Тебе нужно больше тренироваться.

Говоря это, учитель поднял голову, его неестественно гладкое лицо исказилось в злобной усмешке.

— Сегодня мы будем использовать этого студента в качестве нашего препарационного образца. Как вам такое?

— Н-нет... пожалуйста, не надо. — Мальчик в ужасе смотрел на руку, сжимающую его волосы, пытаясь оторвать её своими пальцами.

Но окровавленная рука в перчатке, казалось, прилагала минимальное усилие, сжимаясь, как железные тиски.

Он почти слышал, как его волосы рвутся под корень — это было менее больно, чем страшно, вызывая мурашки по коже головы.

Его ноги подкосились, вялые, как две толстые лапши, едва удерживая его в вертикальном положении.

— Давайте я сначала продемонстрирую для класса. — С этими словами учитель в лабораторном халате потащил студента к операционному столу впереди.

Прижимая мальчика одной рукой, учитель наблюдал, как слёзы и сопли текут по лицу студента. Парализованный страхом, мальчик задыхался, как умирающая рыба, издавая только рваные, панические вздохи.

Острый, блестящий скальпель высоко поднялся — затем вонзился вниз, его кончик пронзил тело мальчика.

Приглушённый звук металла, рассекающего плоть, заставил большую часть класса побледнеть.

Губы дрожа, они избегали смотреть на мальчика на столе, но также не осмеливались слишком много двигаться, чтобы не привлечь внимание учителя.

Они не хотели быть следующими.

Поэтому, как бы тошнотворно или невыносимо это ни было, они сильно кусали губы, отказываясь рвать.

Учитель не наносил смертельный удар сразу.

Глаза мальчика, полные отчаяния, были устремлены на его одноклассников.

Когда скальпель вонзился в его плоть, он сначала не почувствовал боли — только страх, чистый и непреодолимый, всё его тело неудержимо дрожало.

Время замедлилось до черепашьего шага. Он чувствовал, как его кровь вытекает, унося с собой то немногое тепло, что оставалось в его и без того ледяном теле.

Его кровь была такой горячей. Если бы только она могла течь быстрее — всё равно никто не собирался его спасать.