Орлов и Юджин Александрович
Входная дверь моего дома еще никогда не закрывалась с таким трудом. Больше всего на свете я не хочу возвращаться туда. Если взвесить все за и против, легко прийти к выводу, что пойти все-таки стоит. Во-первых,— разборки в любом случае будут, только вот с мамой мне вряд ли дадут оправдаться, во-вторых ,— я не знаю, что конкретно рассказал Юджин Александрович, и что из этого я смогу опровергнуть, ну и в-третьих — домой скоро вернется мама и, увидев мое прекрасное лицо, позвонит в школу сама.
Я спускаюсь по нашему темному подъезду, где работает только одна лампочка на втором этаже. Из-за заклеенных окон в нем стоит невыносимая духота, от которой можно коней двинуть. Порванную рубашку и грязные брюки я спрятал в спортивную сумку, а сам надел белую футболку с самыми длинными рукавами, что у меня были, и спортивные штаны. В этом все так же жарко, но, по крайней мере, синяки не столь видно.
Нога по ощущениям просто онемела. Я иду достаточно быстро, легко, но место ударов на ней опухло, и я не могу без боли дотронуться до него. Чтож, вряд ли перелом, а это уже неплохо.
Синяк на глазу привлекает гораздо больше внимания, чем все остальное. Правда, в нашем городе у подростков это частое явление, поэтому прохожие не обращают внимания. Другое дело, когда я шел в рваной одежде и полностью в грязи — еще один довод переодеться.
Судя по времени, у нашего класса сейчас должен закончиться последний урок. В теории, они должны выйти из школы раньше, чем я приду. Также я уверен, что Анна Валерьевна не говорила никому о случившемся и уж тем более о нашей встрече, то есть Костя, Мелек и Диана вряд ли станут ждать меня.
Все же лучше зайти на территорию школы с третьего входа. Со стороны дворов, где, наверное, еще валяются куски моей рубашки, пойдут Мелек и Диана, раз сегодня мы не возвращаемся вместе, как обычно. С главного входа выйдет Костя, значит, лучше зайти со стороны проезжей части.
Тучи на небе разошлись, показывая пару блеклых солнечных лучей. Я вижу с другой стороны дороги трех младшеклассников на детской площадке. Рюкзаки сброшены на качели для малышей, куртки висят на турниках. Их каникулы уже совсем скоро начнутся: экзаменов — нет, ОГЭ — нет. Я пытаюсь расслышать, о чем они кричат друг другу, но получается распознать лишь обрывки слов.