29 часть
Грязь - Щенки
От Веры
———————————
Я старалась не реветь. Слезы без моего ведома текли из глаз. Я не хотела этого. Это было неправильно.
У него есть девушка. Маша.
Я думала у него есть хотя бы совесть. Я надеялась, что он честно относится к себе. Не встречался бы он с ней, если бы она ему совсем не нравилась. Не могут люди быть вместе не имея чувств друг к другу.
Мои ноги сами повели меня к Наташе, ведь идти до мамы практически в ночь было безрассудно и просто глупо. Соленые капельки стекали вниз по моим щекам, замерзая на полпути. Град прекратился. Я осталась в тишине, звенящей, угнетающей.
Целовать в губы занятого человека казалось отвратительным. Врать его девушке было жутко несправедливым. Обманывать себя и продолжать питать какие-то глупые надежды было неуважением к себе.
Всё в один миг пошло по пизде. Папа сейчас дал бы мне нужный совет.
После воспоминания об отце всё внутри у меня сжалось и умолкло. Все мысли испарились, оставляя за собой горечь осознания. Всё во мне вдруг перестало иметь значение.
Я с горем пополам добралась до сестры, которую чуть горячка не хватила при виде меня. Видимо всё совсем плохо. Наташа не донимала жужжащими вопросами, а только лишь уложила спать, напевая колыбельную и поглаживая мои грязные волосы.
Я чувствовала пустоту и мерзкую грязь внутри себя, оставляющие на моей душе гниющие язвы, которые источали смердящий, едва ли не трупный запах, заставляющий любого здорового человека заткнуть нос и убраться от пахнущего объекта как можно быстрее и дальше.
Сон никак не шёл. Я находилась в полудреме, делая вид, что сплю.
***
От Автора
— Да они меня заебли. — с тяжелым вздохом произнес Вадим, давя на переносицу большим и указательным пальцами.
Колик и Цыган молча сидели в креслах рядом со старшим, медленно потягивая коньяк из дорогих фарфоровых стаканов.
Роман только что сообщил Желтухину о том, что на из территории опять заметили скорлупу из Тукаевских, которая видимо пыталась вынюхать какую-то нужную им информацию.
— От Нельсона* что-то слышно? — спросил сероглазый после недолгой паузы, в нетерпении постукивая костяшками по столу.
Он выжидающе глянул на сильно загруженного Вячеслава, подкурившего тяжелую сигарету.
— Молчит. — грубым голосом констатирует Цыганов. — Адмирал говорит, что всё чаще неподалеку от себя замечает своих бывших. Говорит, что за ним следят.
— А вы что?
— Я Толяна пока перевёз вглубь района, чтобы эти шавки с Тукая не лезли.