15 часть
Макс Корж - Шантаж
От Автора
——————————
Сухая мужская рука Владимира мертвой хваткой вцепилась в красную трубку и дёрнула её на себя, поднося к уху вплотную. Его безумный взгляд был устремлён на Туркина, до сих пор сидящего на корточках перед дряхлым, потрёпанным диваном.
С той стороны его уже ожидала разменная монета: его родной брат, корчащийся от несильных, но от этого не менее неприятных, ощущений. Как только серые глаза автора ДомБыта обрели осмысленный взгляд, а изо рта его желчью почти полились злые слова, скрывающиеся за маской спокойных и даже отдаленно тихих звуков, Марат вдруг заверещал в голос так, что барабанные перепонки Вадима зашлись в тряске и чуть не порвались:
— Вова! — загорланил Суворов, пытаясь рвануть из сильных пальцев, держащих его за ухо, но тем самым он сделал лишь хуже себе, получая лишь новую порцию боли от скрученного хряща.
Ещё одно резкое или не очень движение пальцев Желтого и у младшего могла бы появиться отогематома*. Марат взвыл, опускаясь ещё ниже, хотя и так он стоял на коленях перед барным стулом.
— Слышишь? — всё же ядовито выплюнул Желтухин, неприязненно смотря на всех пацанов, валяющихся у него на полу. — Возвращаешь сестру мою и брательник Адидаса вместе с твоими шавками не пострадает. У тебя час на раздумья, Кощей. Всё в твоих руках.
Брюнет думал, что сейчас он ведёт диалог с Кощинским,несмотря на крик Суворова младшего, зовущего именно старшего мужчину. Константин истинно сейчас был в травмпункте, где ему врачи, чуть ли не целая медицинская комиссия, без преувеличения спасали ногу. Если бы мужчина ещё немного помедлил и не обратился за помощью, то могло начаться нагноение раны, а дальше сепсис и ампутация.
Белые халаты, уже окрашенные в багровую теплую жидкость, метались из стороны в сторону вокруг Константина, лежащего на операционном столе под общим наркозом. Пуля вошла глубоко и осталась в мышцах, откуда извлечь её, ничего глобально не задев, было крайне трудно.
— А это не Кощей. — с явным напускным спокойствием проговорил Адидас старший, чувствуя как легко и быстро льются по его сухим губам не менее сухие и черствые слова. — И условия ставлю здесь я.
Слабая усмешка коснулась уголка губ сероглазого. Если Суворов полез в эту игру, то ему нужно уяснить пару простых правил:
Не верь
Не бойся
Не проси