Даниэль
Белые стены клиники нагнетали скуку и уныние. Мальчишка четырёх лет задумался над тем, кто придумал, что этот цвет должен настраивать на положительные эмоции? Хотя, он даже не знал, что такое положительные эмоции. Он уставился на стену перед собой, и по всему его виду трудно было понять, что же он хочет на ней увидеть. Взгляд был абсолютно пустой, будто всю радость, присущую детям, вдруг выкачали. Каждый, кто видел его впервые, мог подумать, что у него просто нет настроения, или родители не купили ему игрушку, о которой он так давно мечтал. После трёх лет его мама серьёзно забеспокоилась, ведь ребёнок не проявлял никаких эмоций. Муж успокаивал её тем, что у него просто другое развитие, но глубоко в душе понимал, что всё гораздо серьёзнее. Он сутками сидел в своём кабинете, изучая медицину и психологию, обращался к самым известным профессорам, но никто не мог назвать ему точную причину.
— Это какая-то болезнь? Вам приходилось наблюдать подобное ранее? — взволнованно спросил мистер Им у педагога, который когда-то преподавал ему психологию в университете.
— Боюсь, что с таким я сталкиваюсь впервые, — ответил тот, скрестив кончики пальцев и смотря в монитор. — Ребёнок полностью здоров, никаких отклонений нет.
— Вы уверены? Может нам снова сдать анализы, пройти ещё каких-то врачей? Может где-то вы не наглядели или...
— Шин Хёк, успокойся, — прервал его профессор.
— Как я могу успокоиться? Мой ребёнок будто робот, а вы говорите мне успокоиться? — повысил он голос, а затем тяжело осел на стул.
— Ему только четыре. И пока я не вижу в этом серьёзной проблемы. Он прекрасно развивается, можно сказать даже, что не по годам. Уверяю тебя, твой сын в скором времени станет очень значимой личностью. И кто знает, может отсутствие эмоций станет для него некой защитой. Я продолжу наблюдать за ним, но ты не должен делать из этого трагедию, так сможешь только навредить. Ведите себя с женой так, будто ничего не произошло. Знаю, будет трудно, но вы должны справиться.
— Хорошо, — устало сказал мужчина. Профессор ободряюще похлопал его по плечу, и, проводив до выхода, ещё долго смотрел ему в след, а в голове у него крутилась лишь одна мысль: «Ребёнок вырастет весьма необычным, но вы будете гордиться им».