2.«Под одной крышей»
Десять часов в металлической птице на высоте десять километров - сомнительное удовольствие. Но когда самолет коснулся взлетно-посадочной полосы аэропорта Пхукета, а в иллюминаторе разлилось золотой закат, в душе вопреки воле вспыхнула крошечная искорка предвкушения.
Вилла, которая стала нашим домом на ближайшие три месяца, с первого взгляда поразила воображение. Она была не просто большой - она была огромной. И от мысли, что нас здесь всего трое, на мгновение перехватило дыхание. Постройка из темного дерева была щедро украшена резными деталями в морском стиле: причудливые морские звезды, раковины и какие-то фантастические волны оплетали перила и карнизы.
Внутри контраст был еще сильнее. За старинным фасадом скрывался современный ремонт, выполненный со вкусом. Легкие, светлые тона, плетеная мебель и яркие акценты в ней- все напоминало, что мы в месте, где царствует вечное лето. И, конечно, спасительное божество тропиков - кондиционер, чье прохладное дыхание встречало в каждой комнате.
«Выбирай любую на втором этаже», - бросила мама, и я ринулась наверх, волоча чемодан.
Первая же комната покорила меня. Панорамное окно в пол, за которым буйствовала зелень, и собственный балкончик. Светлые стены, письменный стол с пустующим пока стеллажом, вместительный шкаф и собственная ванная. Но главным призом стала кровать. Я с разбегу плюхнулась на нее и утонула в упругой мягкости. Постельное белье пахло свежестью и каким-то незнакомым цветущим растением.
Выбравшись из объятий матраса, я вышла на балкон. Дом был построен буквой «П», и прямо напротив, на другом его крыле, я увидела такой же балкон. Расстояние между нами было небольшим. А внизу, словно бирюзовое сердце виллы, сиял бассейн. От второго этажа к нему вела закрученная серебристая горка, словно необычное зеркало, спуск с которой казался прямым приглашением к детскому восторгу. Мне дико захотелось окунуться, смыть оставшуюся после перелета тяжесть.
Перед этим я мельком взглянула на себя в огромное зеркало во всю стену - шикарная деталь, которую я сразу оценила. Отражение показало уставшую девушку с бледным лицом. Мои темно-каштановые волосы, всегда распущенные, волной спадали почти до бедер, а кончики сами по себе завивались легкими волнами.
Спустившись вниз, я застала на просторной кухне маму и незнакомую женщину. Ухоженная блондинка с волосами оттенка спелой пшеницы и добрым, мягким лицом разливала по чашкам ароматный чай, непринужденно беседуя с моей матерью. Я замерла в нерешительности.