Глава 31. Главный герой как инструмент
【Апокалипсис】 Коварный манипулятор (гун) × Отбитый псих (шоу)
***
Когда в начале третьего часа ночи ночная вылазка Юй Фэнъюэ провалилась, Нин И, обнимая его за голову, произнёс: «Будь паинькой, а то останешься завтра без завтрака».
Смысл этой фразы заключался в том, что завтрак у Юй Фэнъюэ всё-таки будет.
Когда тот выплюнул слово «лжец», Нин И на мгновение опешил. Первым делом он подумал, что точно не учил Юй Фэнъюэ таким словам, и лишь спустя пару секунд до него дошёл истинный смысл этого упрёка.
Он усмехнулся, развернулся и пошёл обратно.
— И в чем же я тебя обманул? Ну-ка, излагай.
Юй Фэнъюэ уставился на него своими глубокими темными глазами.
— Ты даже сказать толком не можешь, с чего тогда взял, что я тебя обманул? — произнёс Нин И. — Я ведь предупреждал: укусишь ещё раз — останешься без еды.
Юй Фэнъюэ: «...» — пристально смотрит...
Он на собственной шкуре прочувствовал всю горечь немоты.
После этого, как бы Нин И ни пытался заговорить с Юй Фэнъюэ, тот больше не произнёс ни слова. Словно капризный ребёнок, он лишь издавал низкое утробное рычание, предупреждая Нин И, чтобы тот не смел приближаться.
— Давай договоримся? — Нин И остановился в метре от него. — Я даю тебе еду, а ты больше меня не кусаешь.
Вещей, которыми можно было бы связать Юй Фэнъюэ, почти не осталось, да и Нин И не мог держать его в путах вечно — кляп рано или поздно будет уничтожен. А «прокачать симпатию», учитывая лютую ненависть Юй Фэнъюэ к нему, вряд ли представлялось возможным.
— Видишь, здесь остались только мы, — сказал Нин И. — Как там говорится... м-м, «к чему спешить, сживая со свету друг друга?», верно я излагаю?
Он вскрыл пачку печенья, достал одну штуку и протянул её Юй Фэнъюэ.
— Ну так что, если согласен — ешь это печенье, а если нет — сиди голодным.
Юй Фэнъюэ в один присест проглотил печенье.
— Буду считать, что ты согласился, — подытожил Нин И.
Он поднёс стакан воды к губам Юй Фэнъюэ, чтобы тот попил.
— Не будет меня — не будет и воды, — проговорил Нин И, склонившись к его уху. — Сходишь в туалет — руки не помоешь, ни лицо сполоснуть, ни рот прополоскать. Сам скажи, каково тебе будет в такой грязи?
***
Но на деле всё это оказалось бесполезным: как только Юй Фэнъюэ снова вырвался из пут, Нин И, уже приловчившись, прижал его к полу, связал ему руки обрывками простыни и швырнул на диван.
Его узлы становились всё искуснее и в то же время всё небрежнее — всё равно Юй Фэнъюэ в итоге умудрялся освободиться.