Глава 37. Взаимная любовь?

【Апокалипсис】 Коварный манипулятор (гун) × Отбитый псих (шоу)

***

Прошлой ночью...

Юй Фэнъюэ смотрел на то, как силуэт Нин И исчезает в дверях. Он долго глядел ему вслед, затем поднял голову к небу — кровавая луна висела в ночной тьме, затмевая сияние звёзд.

Как ярко.

Он достал из кармана энергетические кристаллы, пересчитал их один за другим, сжал в ладони — и в следующее мгновение они обратились в пыль, которую подхватил ветер.

Так они точно не потеряются.

Позже его веки отяжелели, и он закрыл глаза. Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем всё его тело обдал жар — словно он вот-вот сгорит.

В его сознании, словно в калейдоскопе, замелькали многочисленные образы и сцены, а в ушах не смолкал нестройный шум.

Его бросало то в жар, то в холод. Он чувствовал окружающий мир, но тело, скованное смутной слабостью, не слушалось — состояние между сном и явью.

Пустота в прошлом заполнилась, прогоняя растерянность. Воспоминания о былом проступали неясно и туманно, всплывая в сознании отдельными фрагментами.

А вот почему он стал таким, каким является сейчас, — память хранила лишь туманные обрывки. Смутное предчувствие подсказывало, что это связано с Нин И.

Он помнил жизнь с Нин И после того, как превратился в зомби: с того самого момента, как Нин И постоянно держал его связанным, и до сегодняшнего дня. Воспоминания о том, как он был связан, были очень туманными, и лишь те, что были ближе к текущему моменту, становились всё отчётливее.

Словно пробуждение после долгого, тяжёлого сна.

Он открыл глаза и увидел Нин И.

Нин И, который был совсем не таким, как прежде.

Опустив веки, он прижал Нин И к матрасу и слегка прикусил его за нижнюю губу.

Он понял, чего именно желает.

Нин И упёрся ему в грудь и отвернулся — губы Юй Фэнъюэ скользнули по его щеке. Нин И поднял руку, закрывая ладонью его рот.

— Хватит паясничать.

Нин И посмотрел ему в глаза: взгляд того был спокойным, словно бездонный старый колодец. Пряди черных волос спадали на виски, ресницы подрагивали, точно крылья птицы. От него исходило едва уловимое ощущение неестественности, хотя внешне всё казалось обычным.

Ха, он и вправду принял его за булочку с мясом?

— Разве ты не голоден? — спросил Нин И. Он поднял левую руку, перехватил Юй Фэнъюэ за плечо и толкнул его; тот послушно повалился в сторону.

Это было наваждение?

— Шу Линь, — Нин И кончиками пальцев вытер нижнюю губу и поднялся на ноги.

— А... а? — Шу Линь не смела обернуться, боясь увидеть какие-нибудь сцены 18+. — Мне... мне выйти?