Глава 1
1 глава
Я разрываюсь между выбором, который может всё закончить прямо сейчас. Стою перед осколками вазы, что только что разбила, и смотрю вниз. Через разбитое стекло вижу своё отражение. Как же ты жалко выглядишь, Розэ. Тебе не надоело? Может, уже давно пора всё закончить. Ты ведь и сама знаешь — смерть и есть выход.
Щека горит от красного следа — за сегодня. Сегодня объявили итоги баллов, я заняла третье место по успеваемости в школе. Но должна быть на первом. За это и получила удар — и теперь след всё ещё горит и не даёт покоя. Впрочем, не в первый раз.
Сняв школьную форму, молча иду в душ. На плечах — всё ещё красные следы, оставшиеся с прошлой недели. Тогда наказали за то, что я вернулась домой после девяти. Я была на курсах по математике, просто задержалась. Но мама решила, что я гуляла, и… наказала.
Стою в душе, и глаза начинают слезиться. Сейчас больно не телу — сердцу. Я даже дышу, словно с разрешения матери. В голове стучат её слова:
«Ты обязана мне служить. Ты моя дочь. Сама родила — сама и могу убить».
Сама родила — сама и может убить. Неудивительно услышать это от неё. Эти слова въелись в сознание. Я слышу их постоянно. Где бы ни была, чем бы ни занималась — они всегда рядом.
Я выхожу из ванной уже в домашней одежде. Горничная успела убрать осколки — те самые, которые я якобы уронила случайно. Ложь. Я пыталась себя убить. Разбить вазу, взять самый острый осколок, вонзить в шею и рвать до тех пор, пока кровь не польётся вечностью. Я хотела, чтобы это увидела мама.
— Розэ. — Входит Мире, моя мать. Её лицо всё ещё перекошено недовольством. — Сейчас же садись за учёбу. По химии провал, да? Разбирайся с этим! — Она швырнула мне в лицо распечатку с результатами.
Я стою молча. Смысла что-то говорить нет — будет только хуже. Она уходит, хлопнув дверью, а я медленно сажусь за стол. Смотрю в одну и ту же точку. В последнее время я не выдерживаю уже ничего. Сжимаю ручку — и меня буквально тошнит. Тошнит от всего.
---
/Aftor/
Весело разбивая банки ножом, Чонгук довольно улыбается и поднимает пиво, которое держит в другой руке. Его друзья орут и хлопают, поддерживая своего любимца. Девушки уже облепили его, вцепившись в шею. Он высокий, легко выбрался.
— Чёрт, зажигалка... — Чонгук роется в карманах с сигаретой во рту, вспоминая, что потерял её где-то в болоте после гонки на мотоцикле.
— Эй, красавчик. Это ищешь? — звучит голос за спиной. Он оборачивается. Девушка с улыбкой держит зажигалку.
— Спасибо. — Он протягивает руку, но она дразняще отводит её. Тогда он резко хватает её за талию, притягивает к себе, ловко выхватывает зажигалку и отходит.
— Это нечестно! — Девушка злится, наблюдая, как он уже закурил.
— Знаешь, я вообще-то твоя подруга. Может, хватит уже курить? — говорит она, поправляя ворот его кожанки.
— Не верю своим ушам. Лалиса Манобан хочет, чтобы я бросил курить? Ты что, ангел теперь? — усмехается он, выпуская дым.
— Просто забочусь о твоей красивой коже, идиот. Ты завтра в школу придёшь или опять прогуляешь? — спрашивает она, засовывая руки в карманы джинсовой юбки.
— Дай-ка подумать, лисица. Посмотрим по настроению. — Он ударяет её по лбу и уходит.
— Хитрый щегол... — шепчет она, держась за лоб.
---
Чёрная машина останавливается у школы. Половина учеников уже внутри. Розэ сжимает белую сумку и не поднимает взгляд. Мать молча сидит, затем поправляет зеркало, чтобы видеть лицо дочери, и говорит строго:
— Иди. После школы сразу домой. Поняла?
Розэ кивает. Женщина натягивает фальшивую улыбку, а дочь молча выходит и торопится в школу. Войдя в класс, она достаёт книги и садится на своё место.
Первый урок почти окончен. Учитель пишет на доске. Учащиеся зевают. Розэ почти засыпает — всю ночь делала уроки и поспала всего два часа. Убедившись, что учитель не смотрит, она кладёт голову на парту, поворачиваясь к двери. Тихо. Можно поспать.
Но вдруг дверь медленно приоткрывается. Входит Лиса и садится на своё место. Следом — Тэхён. Потом... ещё один. Сгибаясь, чтобы пройти, появляется Чонгук. С его ростом и телосложением — это не просто.
Он окидывает взглядом учителя, затем останавливается рядом с ней:
— Это моё место, — произносит он.
Розэ замирает — впервые он с ней заговорил. Не сразу понимает, что не на своём месте: села на третью парту пятого ряда вместо второй в третьем. Собирает вещи, но…
— Учитель Ли! Чонгук опять опоздал! А Розэ, кажется, не знает своего места, — сообщает староста Сана, поднимаясь.
— Ах ты, малец! Сколько можно! — Ли бросает в Чонгука мел. Тот ловко уворачивается.
— Ну что вы, учитель. Вам лучше не злиться — а то сердечко шалит, нос краснеет, как у пса, — ухмыляется Чонгук, закидывая рюкзак за спину.
— Меня вы в гроб сведёте! Ты — в коридор, на колени, руки на голову! А ты, Розэ — ты что, своё место забыла?! — кричит учитель. Розэ, испуганная, быстро встаёт.
— Извините... — шепчет она. Даже Чонгук еле расслышал.
— Оба наказаны! — орёт Ли.
— Да ну вас, учитель. Давайте договоримся? — ухмыляется Чонгук.
— А ну марш отсюда! — срывается Ли.
Чонгук направляется к выходу, но учитель кричит вдогонку:
— Её с собой возьми!
Тот останавливается, поворачивается к Розэ:
— Мне её что, на руках нести? Сама дойдёт, — бурчит он и выходит.
Розэ молча следует за ним. Оба стоят в коридоре. Она — на коленях, сгорает от стыда. Чонгук сидит рядом, уткнувшись в телефон, громко играет.