24 Глава. Уничтожить и спасти

   Все шло по плану.

Как и бал.

Альберт и Элизабет танцевали, как и другие пары.

Так, как Альберт был известной личностью, многие подходили пообщаться, и заодно узнать, кто его спутница. Хоть общество уже должно было свыкнуться с мыслью, о родстве с Ланкастерами, для братьев (Альберта и Льюиса), это означало пополнение списка поклонниц. Естественно, в первое время, их принимали очень настороженно, пускай и старалась скрыть это за нервными улыбками и сбивчивыми речами.

Потом, люди поняли, что новое положение в обществе, братьев не сильно изменило, и аристократы выдохнули спокойно.

Но вот, известие, что на балу, и в паре с Альбертом Мориарти, есть человек, состоящий в родстве с Ланкастерами, хоть и не на прямую, но все же с рождения, гостей очень напугало. В связи с этим, сам хозяин дома, барон Кельвин, решил побеседовать со своими двумя, очень известными гостями.

— Право слово, не понимаю, — не очень громко, но отчетливо причитал барон. — Хоть убейте, не понимаю. Все вас так избегают, как будто вы тут с ружьями в руках ходите.

— Репутация семьи, — с вежливой улыбкой, развела руками Элизабет. — Тут уж, ничего не поделаешь.

— Это точно, — пробурчал Кельвин, искоса пробежав глазами по фигуре Вербиндунг. — К слову, я был знаком с Теодором Ланкастером. Вы знали?

— Да, — Альберт слегка сузил глаза. — Маргарет упоминала об этом.

— Ах, Мэги, — барон любовно прикрыл глаза, но сразу же одернул себя, и когда он заговорил, в его голосе звенела ревность. — Как она? Это правда, что Маргарет в положении?

— Правда.

Альберт чувствовал, что-то вроде удовлетворения. Предупреждение Маргарет, что барон Кельвин испытывает к ней чувства, при чем сама Ланкастер была уверена что это — лишь желание человека, живущего лишь одной жадностью, вызвало у графа нечто большее, чем презрение.

За последние несколько месяцев, семья Мориарти и их организация претерпела серьезные изменения. В какой-то момент, Альберт поймал себя на мысли, что любовь к Уильяму, как к брату, перешла на Маргарет, и теперь старший Мориарти, воспринимал Ланкастер как сестру, или по крайней мере, как далекую родственницу.

Также, Маргарет предупредила, что барон, даже хотел сделать ей предложение. Намекал на это. На большее, ему храбрости не хватило — позора побоялся, в случае отказа. И сейчас, брак с Уильямом, наверняка, барона Кельвина очень злит. Ведь то, что он так хотел заполучить, теперь принадлежит другому.