Глава 4. Искры во тьме

Тишина внутри склада давила. За дверью всё ещё слышались шаги, но постепенно они стихли.
Марко медленно опустил пистолет и выдохнул.
Алина стояла, прижавшись к стене, и пыталась отдышаться. Её колотило от адреналина и страха, но больше всего — от осознания, что рядом с ней человек, от которого невозможно оторвать взгляд.
— Ты с ума сошёл... — прошептала она. — Ты чуть не убил их.
— Я бы убил, если бы пришлось, — спокойно ответил он, убирая оружие за пояс. — Иначе они убили бы нас.
— Нас? — Алина вскинула глаза. — Но я тут при чём?!
Он посмотрел прямо в неё. Его взгляд был тяжёлым, но в глубине мелькнуло что-то ещё — усталость, которую он скрывал за холодной маской.
— Потому что ты оказалась рядом, — тихо сказал Марко. — И теперь ты моя слабость.
Сердце Алины дернулось. Она хотела возразить, но слова застряли. Марко сделал шаг ближе. Его тень накрыла её, дыхание коснулось её лица.
— Отпусти... — выдохнула она, но руки так и остались прижаты к стене.
Марко усмехнулся уголком губ.
— Ты правда хочешь, чтобы я отпустил?
Она не ответила. Её дыхание стало прерывистым, глаза невольно задержались на его губах. Марко поднял руку, провёл пальцами по её щеке — легко, осторожно, как будто боялся спугнуть.
Алина вздрогнула от прикосновения. Внутри всё сжалось, но не от страха.
— Ты сама не понимаешь, что делаешь со мной, — его голос стал хриплым, ниже обычного.
Он склонился ближе, и их лица разделяли лишь сантиметры. Алина почувствовала его тёплое дыхание, сердце гулко билось в груди.
Она закрыла глаза. На секунду показалось, что мир остановился. И когда его губы наконец коснулись её губ — осторожно, будто спрашивая разрешения — она не оттолкнула его.
Поцелуй был горячим, полным сдержанной силы и опасности. Она ответила ему, сама не понимая, откуда взялась эта смелость. Время исчезло, остались только они двое, запертые в полумраке склада.
Но вдруг Марко резко отстранился, словно спохватившись. Его глаза снова стали холоднее.
— Это неправильно, — сказал он тихо, но в голосе звучала боль. — Ты слишком молода для этого мира.
Алина прижала пальцы к губам, всё ещё чувствуя его вкус. Она не знала, что сказать. Но знала одно: отныне у неё не получится жить «обычной жизнью».