Часть 30

Если бы на площадь перед выставочным центром, выстланную в честь благотворительного вечера красным ковром, можно было навести огромный рентгеновский луч, то сразу стало бы видно, что люди, находящие здесь (все несколько тысяч) делились на три категории.

Первые — работали, и этим приходилось труднее всего, потому что выполнять поставленную перед тобой важную задачу гораздо сложнее, когда окружающие совершенно искренне считают, что ты просто от нечего делать создаешь им досадные помехи. Так, осветители загораживали обзор зрителям за ограждением, телевизионщики досаждали знаменитостям в попытке максимально осветить все детали их присутствия на этом мероприятии, а пиар-менеджеры мешали телевизионщикам зарабатывать себе на хлеб.

Вторые здесь блистали: знаменитости, которые шли на что угодно, только бы запомниться на этом красном и уже порядком затоптанном сукне чуть больше, чем остальные — кто-то влезал в долги ради модных аксессуаров, а кто-то влезал в жутко неудобные наряды от кутюр, по которым еще на премьерных показах можно было предсказать, какие виды аллергии и в каких объемах способны они спровоцировать, как только к ним прикоснешься голой кожей.

Ну а третьи, самая многочисленная категория, пришли сюда для того, чтобы любить. И быть любимыми.

Так уж устроена фанатская мораль в наше время, что искренняя бескорыстная любовь к звезде должна обязательно хоть как-то окупаться. Так, нелюбимый, но любящий муж, соединяясь браком с предметом своего безответного обожания, со временем становится все более агрессивным и жестоким в обреченности своего разбитого сердца и в конце концов заставляет жену платить какую-то цену за свое изначально разбитое сердце.

И на этой площади, расцвеченной фанатскими плакатами и фонариками, обожающая Чонгука толпа, преимущественно искренне любящая и преданная, скрывала в себе особую прослойку людей, которые, заранее смирившись с тем, что их любовь не будет взаимной, что их кумир будет жить своим счастьем, будет любить, однажды твердо решили для себя, что жить счастьем и любить он будет исключительно по установленным ими правилам.

— Толпа пришла сюда, чтобы вывести вас на чистую воду и вернуть джингуков миру, — сообщил в салоне машины Хосок, когда они подъезжали к площади перед выставочным центром, — а в этой толпе – несколько тысяч человек. Просто хочу, чтобы вы знали.

Тэхен нервно выдохнул. Он постарался сделать это незаметно, но явно нервничал, и Чонгук, протянув руку, похлопал его колену.