Глава 14

Мы поехали в лес, и я чувствовала, как с каждым километром расслабляюсь всё больше. В машине было весело — Фатима с Аль-Сафи переговаривались, смеялись и строили какие-то планы на будущее. Мурад сидел рядом со мной, его рука была на спинке моего сиденья, и я чувствовала его близость, несмотря на то, что мы не разговаривали.

Эмиль и Мурад продолжали обсуждать шашлык, и я улыбнулась, слушая их разговоры. Иногда мне казалось, что они могут часами спорить о таких простых вещах. Но это было так забавно и по-семейному тепло.

Когда мы приехали, воздух был свежим, и запах хвои наполнил легкие. Мы разложили всё на поляне, и Мурад сразу же принялся разжигать костёр, а Эмиль помогал ему. Я с Эмирой занялась приготовлением еды. Фатима и Аль-Сафи снова были вместе — они бегали, собирали травинки, пытались поймать бабочек. Это было настолько мило, что я невольно смеялась.

Когда костёр разгорелся, мы начали готовить шашлыки. Мурад и Эмиль с азартом обсуждали, как правильно держать мясо на шампуре, а я и Эмира сидели снаружи, поджаривая овощи на гриле.

Время шло быстро, и вот уже солнце начало садиться. Атмосфера была умиротворяющей — смех, запах готовящейся еды и тихий шелест деревьев. Я чувствовала себя спокойно, будто этот день — это всё, что мне нужно.

— Кстати, — сказал Мурад, подходя ко мне с чашкой чая, — я рад, что ты согласилась на поход. Мы должны делать такие вещи чаще.

Я улыбнулась и кивнула.

— Да, мне тоже нравится. Это какой-то особенный момент.

Он смотрел на меня, и я почувствовала, как его взгляд немного изменился. В нём было что-то большее, чем просто близость. Это был момент, когда я осознала, что не всё так просто в наших отношениях, но в то же время мне не хотелось думать об этом.

Мы продолжали наслаждаться временем на природе, смеясь, разговаривая, иногда замолкая и просто наслаждаясь моментом.

Скоро стемнело, и мы все сидели вокруг костра, уставшие, но довольные. Атмосфера была настолько домашней, что я чувствовала себя в безопасности, как никогда раньше.

Утро было удивительно тихим. Я проснулась от легкого шума — где-то щебетали птицы, рядом посапывала Аль-Сафи, укрытая теплым пледом. Мы спали в палатке, и утренний прохладный воздух приятно освежал.

Я медленно села, стараясь никого не разбудить, и выглянула наружу. У костра уже сидел Мурад, в одной руке кружка, во второй — телефон. Он выглядел расслабленным, немного уставшим, но довольным. Увидев меня, он поднял взгляд и улыбнулся.

— Доброе утро, Расулова, — сказал он вполголоса.

Я вышла, накинула на плечи куртку и подошла ближе.

— Доброе, — ответила я и посмотрела на огонь. — Ты не спал?

— Немного. Хотел успеть первым проснуться, чтобы приготовить завтрак. Сегодня я за утренний чай, — он подмигнул.

Я села рядом, взяла из его рук кружку, сделала глоток — напиток был горячим, с нотками корицы и меда.

— Звучит подозрительно. Опять хочешь, чтобы я тебя полюбила? — сказала я с улыбкой, глядя в огонь.

Мурад наклонился ближе, его голос стал тише:

— Если бы ты знала, как сильно я этого хочу.

Я ничего не ответила. Просто смотрела на пламя, чувствуя, как утро становится всё теплее. Позади кто-то зашевелился — просыпались остальные.

После мы поехали домой.

Прошёл выходной, и теперь понедельник — утро, как всегда на работу.

Я встала, умылась, переоделась и спустилась вниз. Внизу был только Мурад — он уже сидел на кухне в костюме и пил чай.

— Доброе утро, — сказала я.

— Доброе, — ответил он, встал и поцеловал меня в щеку.

— А где Аль-Сафи? — спросила я.

— Она спит, — спокойно ответил он.

Я кивнула, мы позавтракали и поехали на работу вместе.

В офисе Мурад сразу ушёл в свой кабинет, даже не обернувшись. Я тоже направилась к своему, но как только свернула в коридор, передо мной встала она — Лейла.

Я остановилась и, скрестив руки на груди, холодно спросила:

— Опять сцены устраивать пришла?

Лейла, как всегда, не отвела взгляда. Наоборот — ухмыльнулась, будто только и ждала этого момента.

— Может, ты просто боишься, что проигрываешь? — медленно проговорила она, с нажимом на каждое слово.

Я усмехнулась.

— Проигрывают в играх, Лейла. А я — не играю. И уж точно не с тобой.

Она подошла ближе, почти вплотную.

— Он всё равно смотрит на меня. Ты это чувствуешь?

Я тихо рассмеялась:

— Жалко, что ты путаешь жалость с вниманием. Он просто слишком вежлив, чтобы выставить тебя сразу. В отличие от меня.

Лейла вспыхнула. В следующую секунду она резко подняла руку, как будто собиралась ударить меня.

Но её запястье перехватили — крепко, жёстко.

Это был Мурад.

— Хватит, Лейла, — сказал он низким голосом. — Устроишь ещё одну сцену — и ты уволена. Надеюсь, понятно?

Он отпустил её руку, и Лейла, сгорев от унижения, развернулась и выбежала прочь, скрывая слёзы.

Я стояла в тишине. Потом, почти шёпотом:

— Спасибо.

Мурад посмотрел на меня и еле заметно улыбнулся. Ничего не сказав, он ушёл обратно в кабинет.

Весь день я работала, а вечером мы с Мурадом поехали домой. Он сказал, что Аль-Сафи с самого утра ушла на ночёвку к Фатиме. Дома было тихо.

Я поднялась к себе, переоделась в пижаму, умылась, стерла макияж и, распустив волосы, уже собиралась лечь в постель. И вдруг в комнату зашёл Мурад.

— Не спи, — сказал он с загадочной улыбкой. — Я подготовил тебе сюрприз.

Я удивлённо приподняла брови.

— Какой ещё сюрприз?

Он подошёл ближе, аккуратно завязал мне глаза и взял за руку. Его прикосновения были нежными, и от них по коже прошла дрожь. Мы куда-то пошли.

Когда он снял повязку, я онемела.

Передо мной был балкон, украшенный словно из фильма: столик с красивой сервировкой, свечи, цветы, лёгкие шарики, а за перилами — волшебный ночной вид на город. Всё это было таким тёплым, таким романтичным... таким неожиданным.

Я не сдержалась — подпрыгнула от радости, захлопала в ладоши и крепко обняла Мурада за шею. Он засмеялся и прижал меня к себе в ответ.
И мы сели за стол.

— Ты одет в такой красивый костюм.
— А я в пижаме... это некрасиво, — я пробормотала и закрыла лицо руками, чувствуя, как щеки заливаются теплом.

Он тихо засмеялся, потянулся ко мне и аккуратно убрал мои руки от лица. Его пальцы были тёплыми, прикосновение — нежным.
— Ты самая красивая. Всегда. И особенно сейчас.
Я чуть улыбнулась, всё ещё смущённая. Ветер тихо колыхал шторы балкона, свечи потрескивали, отражаясь в его глазах.
Воздух был пропитан ароматом цветов и чуть уловимым запахом кофе, стоявшего рядом на столике. Где-то вдалеке гудел город, но здесь, на балконе, казалось, время остановилось.

Он подался вперёд, накрыл мою ладонь своей, глядя прямо в глаза:
— Я сделал это не ради праздника... а потому что ты заслуживаешь самого лучшего. Потому что ты — мой человек.

В груди потеплело. Я посмотрела на него, на свечи, на стол, украшенный с такой любовью, и поняла — он действительно старался. Ради меня. Ради нас.

Я посмотрела на него, чуть опустив глаза, и в голосе моём прозвучало тихое, почти неуловимое:

— А если я всё ещё не уверена?

Он не отводил взгляда. В его глазах не было обиды — только терпение и что-то очень тёплое.
— Я подожду. Сколько нужно. Я просто... хочу, чтобы ты знала — я рядом. И всегда буду.

Молчание повисло между нами, но оно не было неловким. Оно было глубоким, наполненным смыслом.
Я взяла вилку, попробовала десерт, поставила обратно и вдруг засмеялась. Он удивлённо посмотрел на меня.

— Что?
— Просто... впервые за долгое время я не думаю ни о прошлом, ни о боли. Только о том, что сейчас. И сейчас — хорошо.

Он потянулся ближе, едва заметно, будто не хотел спугнуть момент.
— Тогда останься здесь. С этим "сейчас". Со мной. Не ради слов. Не ради дочки. Ради себя.

Моё сердце дрогнуло. Я кивнула, тихо. Он понял.

Мы сидели молча ещё долго, смотрели на огни города, слышали, как вдали где-то залаяла собака, а свечи продолжали гореть.
И в этот момент, под звёздным небом, я впервые подумала: а может, всё и правда можно начать с чистого листа.