Акт седьмой

POV Армель

Вот и настал новый день игры. После каждого ее прохождения считаешь себя победителем, но буквально уже на следующий день тебе кажется, что это все был лишь страшный сон.

Спустив ноги со своей мягкой кровати, я быстро прошла в ванную, совмещенную с моей комнатой. Набирать мне ванную я не позволяла даже слугам. Это было единственное место, где я по-настоящему могла расслабиться, избегая людских глаз.

Подойдя к зеркалу, я медленно спустила с себя белоснежную ночнушку. Ткань, как перышко, упала на пол, рассыпаясь возле моих ног, а мой взгляд с грустью остановился на теле. Начиная от ребер и до пупка, слева направо виднелся рваный шрам, напоминающий о моем прошлом. 

По сути, кем я сейчас являюсь? Маленькая избалованная девочка, получившая наследство сразу от двух человек — так считают все, кроме Рана. Уж он-то знает, что мне пришлось пережить, прежде чем получить это наследство, и где я жила до того, как мой отец все-таки признал меня дочерью. Такие, как я, обычно долго не живут. Убьют или умрут, уже неважно. Главное — это исход.

— Женщину шрамы не украшают, — с грустной улыбкой на губах прошептала я, наконец, забравшись в ванну. Горячая вода действовала успокаивающе. Все прочие мысли сразу испарились, как развеивался и пар от воды. Единственное, что занимало голову — это Борис. И даже не то, что сегодня у нас опять игра, а его слова, сказанные при нашей прошлой встрече:

« — А теперь, что думаешь конкретно ты, Борис?

— Я считаю, что такие девушки, как ты, должны целовать тех, кого действительно любят».

Я поцеловала его от всего сердца, а он сказал, что я должна целовать того, кого действительно люблю. На губах появилась глупая улыбка. Возможно, я и вправду не умею выражать свои эмоции, но так оно и к лучшему. В конце концов, эта связь ни к чему хорошему не приведет и рано или поздно его заинтересуют лишь мои деньги.

Замотав волосы в пучок, я с легкостью откинулась назад. Странная у меня жизнь. Я должна победить ради своего отца и деда, хотя сама ни капли не люблю этих людей. Я просто благодарна им за то, что, даже несмотря на их нелюбовь ко мне, они все-таки протянули мне руку помощи и сделали из меня нормального человека, пусть даже в своих корыстных целях.