45-глава
Не пойму, если у тебя парень появился, то почему я еще с ним не познакомилась? – Мама ловко орудует ножом, и мне в этот момент кажется, что она разрезает не помидор, а мой мозг. Вернее, сейчас начнет резать. – Зря я, что ли, храню в кошельке фотографию, где ты сидишь на горшке и сгущенку трескаешь?
- Мама!
- А моя тетрадка с твоими приключениями? Столько лет ждала, чтобы перед будущим зятем зачитать несколько интересных историй. Эх, Дженни. Вот кто так с родителями поступает?
- Здравомыслящие дети, которые не хотят позориться. – Тяну из тарелки помидор и тут же закидываю его себе в рот. – И откуда фото? Я же пару лет назад разорвала его.
- Пф-ф-ф. Я знаю свою дочь, - смеется она. – Поэтому не поленилась и сделала несколько копий. У меня даже есть свой тайничок на случай, если ты бы все попрятала.
- И что в нем? Нет, где он?
- Так я тебе и сказала. Вот с парнем познакомишь, тогда я и открою Ящик Пандоры.
- Не боишься, что он сбежит после этого? Подумает, что девушку он себе выбрал немного пришибленную, и даст деру куда глаза глядят. Тогда же все. Дочь домой вернется и заведет десять кошек. Не забывай, у тебя на них аллергия.
- Так он это знает.
- Че-го?
- Сзади тебя стоит и кивает. Значит, знает. Тэхен, да? Дочь не говорила, как тебя зовут, но я подслушала официантов, которые только и болтают про Тэхена и его девушку. Привет, - родительница снимает перчатку и протягивает руку. – Я – мама этой прекрасной обезьянки. На случай, если ты думал, что ее воспитывали клоуны.
- Мама!
- А что? Думаешь, легко мне было, когда ты Ли меня сватала? Не-ет. Теперь терпи месть материнскую. Да, Тэхен?
- Тэхен, познакомься, это моя мама Ким Мису. Она в молодости шутки для жены Петросяна писала, поэтому не удивляйся, – смеюсь, целуя маму в щеку. – Кстати, не верь ей, когда она начнет показывать тебе фото девочки со сгущенкой. Это фотошоп.
- Приятно познакомиться. – Ким удивляет меня, когда не просто пожимает мамину ладонь, а лезет обниматься. – Девочка со сгущенкой?
- Да-а-а. В одной руке банка, в другой ложка, а сидит она...
- На троне, – перебиваю женщину и наклоняюсь к ней. – Клянусь, при дяде Ли больше слова не скажу. Никаких намеков и шуток.
Секундная пауза, за которую я успела помолиться всем богам, чтобы они прямо сейчас устроили землетрясение и спасли меня от величайшего позора.
- Не, Дженни. Я уже закаленная, да и слишком долго ждала этого момента. – И поворачивает голову к Тэхену. – На горшке она сидела. Так еще и песню запевала про царевен, которым жить приходится в неволе.
Что смешного? Почему они смеются, когда мне совсем не смешно?
- Дженни, - прокашливаясь, говорит Тэхен. – Напомнишь песню?
Вот же... Хотелось ему не песню напомнить, а поездку в больницу с больным пальцем.