VII. Проводник, или почему стоит бояться Холмса?
Абсолютный мрак в голове сопровождал меня ровно до того момента, когда я ещё могла узнавать улицы. Но когда мозг дал ясный знак о том, что местность ему незнакома, лишь один вопрос застыл на моих дрожащих от холода губах.
«Куда мне теперь идти?»
Понимаю, нельзя сгоряча принимать важные решения, но иначе никак. Чем дольше бы я оставалась дома, тем меньше осталось бы надежд на выздоровление матери. Она права: я угробила себе и ей жизни. Будет гораздо лучше, если я буду держаться на расстоянии.
То, что сейчас творится в моей жизни — пугает меня. Но страшно не от того, что я сломя голову пытаюсь расстаться с прежней жизнью и стремлюсь вперед, в неизвестность. Страшно то, что я разучилась мыслить здраво. Порой кажется, что я разучилась мыслить ВООБЩЕ. Сейчас мной движет нечто другое. Здравый смысл я оставила где-то в недавнем прошлом.
Но сейчас о настоящем.
Уйти из дома — это одно. Решившись на это, в голове всплывает один очень важный вопрос: куда идти? Тринадцатилетний ребёнок, без гроша в кармане, с тяжёлыми сумками и разорванной душой — один, в огромном городе. Девочка, у которой нет... БОЛЬШЕ нет друзей, семьи. Есть только цель, и девочка готова на все, чтобы достичь её.
Днем, пока на улице было светло, я прошла километров пять, в неизвестном направлении. Я отдалилась от родных мест, углубившись в суету незнакомых улиц, парков. Когда на город опустились сумерки, идти мне больше было некуда.
Как это необычно, наблюдать за тем, как миллионы людей, которые туда-сюда бегали, метались по узким улочкам весь день, медленно но верно растворяются, разбегаются по домам. С приходом ночи я осталась единственным живым существом на пустынном тротуаре, в одном из старинных и забытых районов Лондона. Силы начали стремительно покидать мена, а желудок громко потребовал еды. Никаких продуктов у меня с собой не было. Денег тоже. Вопрос: и где же была моя гениальная голова, когда я ушла не взяв с собой денег? По коже холодок, когда в голову пробивается мысль о том, что одержимость отцом лишает меня рассудка. Думать и принимать решения становится все сложнее. Такое чувство, что не пройдёт и пары дней, как я окончательно утрачу способность думать. Механизм запущен: по неизвестным (или известным?) причинам я деградирую...
Попытка отогнать угнетающие мысли прочь.
Я решила лечь спать, чтобы хотя бы до утра отложить чувство голода. Расположившись на самой укромной скамейке, в самом конце аллеи, я спрятала сумки и легла спать.