36|ᴘᴀʀᴛ
E P I G R A P H
❝ Острым лезвием создаёшь картину на своих запястьях. Брошенный художник и давно забытый поэт.❞
☾ thirty six|chapter ☽
- I S A B E L -
Я должна была последовать за ним, я должна была умолять его остаться со мной, но сейчас Скай был настолько сломан, что даже я не могла исправить это. Я балансировала рукой на сиденье унитаза, меня рвало добрую часть раннего утра, желчь поднималась к горлу каждый раз, когда я думала, что мой желудок успокоился. Я не спала всю ночь, ожидая его возвращения, но солнце взошло, а он так и не вернулся. Время - это зло, когда ты остаешься наедине со своими мыслями. Я не верила ни единому его слову перед тем, как он оставил меня здесь, я не верила его злым словам, потому что знала, что он пытается сделать. Скай Даймонд не знал, что такое любовь, пока не встретил меня, это было слишком для него, поэтому он оттолкнул меня, но это не остановило боль, которая просочилась в моё тело, я чувствовала себя так, словно меня переехал грузовик и я едва дышала.
Странно было думать, что я так сильно люблю человека, что после того, как он ушел, мне захотелось умереть. Я не хотела двигаться, тупо глядя мимо двери в пустую кухню. Я прижалась лицом к холодному кафелю ванной, но даже это не остановило мою рвоту. Я была совсем одна в доме, который не был предназначен для меня, и чахла на полу с затуманенными глазами, потому что человек, который владел этим местом, оставил меня. Он хотел, чтобы я поверила, что он не любит меня, но только этот дом был доказательством против его притязаний. Должно быть, я просидела там несколько часов, прежде чем кто-то пришел, чтобы спасти меня от самой себя.
- Скай? — спросила я расплывчатое изображение человека, который испустил поток проклятий и попытался помочь мне подняться с пола. Я прижалась к его груди, но его тепло не приветствовало моё, тело передо мной замерло, его руки осторожно прижались к бокам, то, как он держал меня, заставляло слезы падать из моих глаз, это было слишком жестко, главная цель этого мужского захвата состояла в том, чтобы держать меня прямо, это не было утешением для меня, и это, конечно, не было любовью ко мне.