10

В фойе несколько полицейских взволнованно переговаривались, время от времени сверяясь с пометками в своих записных книжках.

— Эй, — громко топая, направился к ним Фукудзава.

Один из стражей порядка поднял на него глаза.

— А-а, здравствуйте, господин телохранитель.

«Господин телохранитель… Прямо какой-то персонаж из исторической пьесы», — поморщился про себя Фукудзава, но, не желая тратить время на спор на тему обращений, сразу перешел к делу:

— Слышал, один зритель сбежал.

— Да, возникла такая проблема, — теребя себя за щеку, признал полицейский. — Но будьте уверены, мы полностью контролируем здание. Разумеется, зрителям позволено посетить туалет, кое-кому стало плохо, их проводили в медпункт, но за всеми перемещениями тщательно следят. Однако…

— Кто-то не вернулся на свое место в зале?

— Совершенно верно. Его нет ни в зале, ни в туалете, вообще нигде.

— Опишите этого человека и скажите, где он сидел.

Полицейский указал в точку на плане зрительного зала, что держал в руке. Первый ряд.

— Джентльмен средних лет в пальто, темно-синем костюме и котелке. Согласно показаниям работников театра, он был с деревянной тростью, возможно, какие-то проблемы с ногами.

Фукудзава немедленно вспомнил того самого мужчину, на которого он сам обратил внимание.

— В списке бронирования указано имя — Асано Такуто. 35 лет. Пришел один.

«Асано Такуто?.. Асано Та… Асано Такуми-но-Ками[✱]Даймё, за которого мстили 47 ронинов из знаменитого предания «Сорок семь ронинов» или «Месть Ако».?..»

— Имя фальшивое, — без тени сомнения заявил Фукудзава. — Проклятье, надо было мне лучше к нему присмотреться…

Не зря же он вызвал подозрение. Но разговор с Рампо и последующее вскоре после него убийство отвлекли Фукудзаву от слежки за зрителями.

— Когда он покинул свое место?

— Перед первым актом проверяли билеты, поэтому он должен был быть в зале, — сверившись с записями, ответил полицейский. — Но перед вторым проверки не было, возможно, он так и не вернулся после антракта.

Как раз во время второго акта и убили Мураками.

Получается, преступник мог установить над сценой некое устройство, выбрасывающее лезвие, и запустить его во время монолога актера.

Фукудзава напряг память, вспоминая, как обозревал зал со сцены. Попал ли в его поле зрения тот мужчина в первом ряду?

Телохранитель сердито цокнул языком. Его внимание тогда было приковано к дверям и бегущим к ним зрителям, которые могли быть причастны к убийству. А так как выход расположен в дальнем углу зала, на первый ряд он почти не смотрел.