Глава 5
Минуты сменялись часами, а часы – днями. Каникулы закончились, а потому снова стоило задуматься над учебой. Снова все эти лица одногруппников, снова эти преподаватели, что так и норовят поставить его хорошие результаты в пример остальным учащимся. Это так не нравилось парню, но возразить он не решался, ведь мог своим острым языком испортить отношения с преподами, а этого очень не хотелось. Пока еще никаких злых шуток от его группы не было из-за этого. Часть одногруппников просто недовольно, что их выставляют идиотами, а так на Анга они не злы. Того, что юноша так яро мог опасаться, еще не настигло его, а значит, он мог спокойно жить да поживать. Некоторые просили мальца иногда помогать, а он не отказывал им. За эту работу он получал пять долларов. Не просил больше – ему этого не нужно было.
За все это время его этакого репетиторства Браун где-то заработал больше ста долларов, ведь за помощью обращалось много людей, а он не отказывал никому. Деньги нужны всегда. Иногда и вовсе студенту могли предложить сумму больше, он же не отказывался от одного лишнего доллара в его карман. От чего денег становилось больше в два, а то и в три раза. Копилка начинала насчитывать больше двухсот долларов наличкой, что не могло не радовать самого парня.
Никто в принципе не был против того, что Анг брал каких-то студентов, чтобы помогать им. Бывало, кто-то даже шутил, что парень получал больше, чем все преподы вместе взятые, но это не было больше, чем шутка. Глупая, в какой-то степени идиотская, но забавная для всех шутка.
Так проходили дни и недели. Сентябрь прошел задорно и быстро, а октябрь – медленно, но не менее весело. Последняя неделя перед уже общими каникулами, а не отдельными отпускными, которыми ему пришлось воспользоваться. Пускай и учеба никогда не была юноше сложной, но октябрь давался с трудом после этого отпуска. Эбигейл, пожар и Филл с двумя детьми в больнице, где только он не давал признаков на жизнь, не считая аппарата жизнеобеспечения. Где-то внутри разрывались душа и само сердце от одних только воспоминаний об этом всем кошмаре. «Лишь бы Филл проснулся, иначе я его точно с того света достану», – приговаривал себе каждый раз студент, когда вспоминал об этих событиях, а особенно о самой голубоглазой блондинке, чей образ и чье имя въелось в его память, как опухоль, что развивается очень быстро, за считанные секунды.