Глава 2
Когда они въезжали на стоянку, здание, на поверхности которого чередовались блики всполохов и холодные тени, казалось скульптурой, вырубленной из глыбы льда. Теперь оно было словно из воска, словно готово было расплавиться при первом дуновении жара.
Они торопливо взбежали по ступеням, и дежурный полицейский впустил их через маленькую дверь справа от тяжелых металлических двойных ворот, служащих главным входом в здание. Он закрыл дверь на замок и цепочку, но лишь после того, как, увидев Таннера, расстегнул свою кобуру.
– Куда? – спросил человек с обрезом.
– На второй этаж, – ответил полицейский, махнув в сторону лестницы. – Наверх и прямо до конца.
– Спасибо.
Грохот сюда почти не доносился, и в искусственном освещении тела вновь обрели живой вид.
Дойдя до последнего кабинета, человек с обрезом кивнул водителю.
– Стучи.
На пороге появилась женщина, начала что-то говорить, потом увидела Таннера и замолчала. Она отошла в сторону и распахнула дверь.
– Сюда, – пригласила она, и они протиснулись мимо нее в приемную. Женщина нажала кнопку на столе.
– Да, миссис Фиск? – раздался голос.
– Они здесь, сэр.
– Пусть заходят.
Она провела их в конец приемной и открыла темную дверь.
Сидящий за столом мужчина откинулся в кресле и переплел под подбородком короткие толстые пальцы. Его властные глаза были лишь чуть темнее серебристо-седых волос.
– Садитесь, – сказал он Таннеру мягким голосом. И добавил, обращаясь к остальным: – А вы подождите в приемной.
– Мистер Дентон, этот тип опасен, – предупредил человек с обрезом, когда Таннер небрежно развалился в кресле напротив стола.
Окна помещений закрывали стальные шторы, и о ярости разгулявшейся стихии можно было догадываться лишь по доносящимся издалека пулеметным очередям.
– Я знаю.
– По крайней мере, он в наручниках. Оставить вам оружие?
– У меня есть.
– Хорошо. Мы будем снаружи.
Они покинули комнату.
Двое мужчин не сводили друг с друга глаз, пока дверь не закрылась. Потом тот, кого назвали Дентоном, произнес:
– Теперь ваши дела улажены?
Другой пожал плечами.
– И все-таки, как вас действительно зовут? Даже по документам...
– Черт, – сказал Таннер. – Так меня зовут. Я был седьмым ребенком в семье, и когда повитуха показала меня старику и спросила, какое имя он хочет мне дать, тот буркнул: «Черт!» – и ушел. Так меня и записали. Это рассказал мне брат. Я не мог расспросить своего папашу, потому что никогда его не видел. Он сгинул в тот же день.
– Значит, всех семерых воспитала мать?
– Нет. Она померла спустя две недели, и нас приютили родственники.