глава 21

Даня стоял в коридоре, чемодан всё ещё у ног, куртка не снята.
Как будто если не раздеваться — это всё ещё «ненадолго».
Как будто он всё ещё может развернуться и уйти.

— Вы... — он сглотнул. — Вы вообще понимаете, что вы сейчас делаете?

Отец усмехнулся коротко, без тепла:

— Мы делаем то, что должны были сделать раньше.

Мать скрестила руки на груди:

— В Киеве ты стал другим. Закрытым. Агрессивным. Ты врёшь, Даня. Ты убегаешь от нас.

— Я не убегал, — голос сорвался. — Я просто... жил.

Это слово повисло в воздухе, как что-то лишнее.
Как дерзость.

— Жил? — мать повысила голос. — Это ты называешь жизнью? Скитаться непонятно с кем, непонятно где?

— Это мои друзья, — резко. — Это моя жизнь.

Отец сделал шаг вперёд:

— Нет. Это было твоё заблуждение.

Даня почувствовал, как внутри поднимается что-то горячее, злое, но вместе с тем — беспомощное.

— Вы даже не спросили, — выдохнул он. — Ни разу. Просто решили. За меня.

— Потому что ты не справляешься сам, — отрезала мать. — И если нужно — мы будем жёсткими.

Тишина после этих слов была оглушающей.

Даня медленно опустился на край тумбы.
Руки тряслись так, что он сжал их между коленями.

— Я взрослый, — сказал он тише. — Я имею право выбирать.

Отец посмотрел сверху вниз:

— Пока ты живёшь в нашем доме — нет.

Это было как удар в живот.

Мать резко сменила тон, холодно-деловой:

— Отдай телефон.

Он поднял голову:

— Что?

— Телефон, Даня. Сейчас.

— Вы охренели? — вырвалось прежде, чем он успел подумать.

Отец резко хлопнул ладонью по шкафу:

— Не смей так с нами разговаривать.

— Тогда не смейте лезть в мою жизнь!

Мать протянула руку, упрямо:

— Телефон.

Он понял.
Если сейчас не отдаст — будет хуже. Крик, давление, угрозы.
Он слишком хорошо это знал.

Медленно, будто каждое движение стоило сил, Даня достал телефон из кармана.
Экран загорелся.

Последний открытый чат — Никита.

Пустое поле ввода.
Несказанные слова.

Он на секунду задержал палец над экраном.
Хотел успеть. Хотел написать хоть что-то.
Но мать уже нетерпеливо щёлкнула пальцами.

Он молча положил телефон ей в руку.

Экран погас.

Как будто мир выключили.

— Ты поживёшь здесь, — сказала она, убирая телефон. — Отдохнёшь. Придёшь в себя. Никаких поездок, никаких «Киевов».

— А учёба? — глухо.

— Разберёмся.

Отец кивнул:

— Комната твоя готова. Иди.

Даня поднялся.
Взял чемодан.
Прошёл по коридору, который знал с детства, но который вдруг стал чужим.

Комната встретила его аккуратностью, от которой стало только хуже.
Заправленная кровать.
Чистый стол.
Окно, выходящее во двор.

Он закрыл дверь. Медленно.
Сел на кровать.