Глава 20

Квартира тихая, солнечная, даже уютная — как будто мир наконец перестал давить.

Даня ещё лежал, глаза полузакрыты, Никита рядом что-то листал в телефоне.
Лиза возилась на кухне.

И тут Данин телефон завибрировал.

Звонок от мамы.

Он ответил сонным голосом:

— Мам, доброе утро...

И через секунду сон, спокойствие, весь уют — всё рухнуло.

Голос матери был жёстким, без попыток смягчить:

— Даня, собирайся. Сегодня же едешь домой. Мы договорились. Не обсуждается.

Он сел резко, будто кто-то ударил в грудь.

— Мам... что? Почему сейчас? Я же... у меня планы... у меня дела...

— Ты был в Киеве слишком долго. Нам нужно поговорить. Серьёзно. Ты возвращаешься.

Гудки.

Даня смотрел на экран телефона, будто тот упал в кипяток.

Никита сразу поднял голову:

— Что произошло?

Даня выдохнул, хрипло:

— Я... должен ехать домой. Сегодня.
Лиза услышала последние слова и сразу развернулась:

— Что значит "должен"? Они вообще в уме?

— Лиз... — Даня потер лицо ладонями. — Они решили. Мне сказали просто... собираться.

Никита напрягся, руки сжались в кулаки:

— Ты можешь им сказать «нет»?

Даня горько усмехнулся:

— Это мои родители. Они могут устроить такой цирк, что мне придётся вернуться всё равно.

Лиза подошла ближе, почти сердита:

— Я поговорю с ними.

— Не надо, — Даня тихо. — Они уже всё решили.

Никита опустил взгляд.
И это было хуже любого крика:
тихий страх, что он снова теряет Даню.
Даня пошёл в комнату, достал чемодан.
Каждый звук молнии, каждый аккуратно сложенный свитер — будто нож.

Лиза помогала, двигаясь быстро, нервно:

— Скажешь им, что ты не маленький. Что ты сам решаешь. Что у тебя здесь жизнь.

Даня кивнул, но его руки дрожали.

Никита стоял рядом и смотрел, как Даня складывает вещи, которые ещё вчера лежали у него дома на полу...
Как будто они — часть него самого — снова упаковываются в коробку и уезжают.

Он тихо сказал:

— Сколько ты там будешь?

Даня не смотрит на него.

— Понятия не имею. Они не сказали.

Никита зажмурился.
На секунду.
Чтобы не сорваться.
Когда чемодан был готов, тишина стала давящей.

Лиза пыталась держаться бодро:

— Ладно. Ничего. Мы что-нибудь придумаем. Я буду звонить. Ты мне — каждый день.

Даня улыбнулся ей криво:

— Знаю.

Никита подошёл ближе, взял чемодан в руку, будто это его обязанность — не отпускать Даню, пока это возможно.

На выходе из квартиры Даня ещё раз посмотрел на Никиту — быстро, но как будто пытаясь запомнить всё.
Киевский вокзал гудел, как всегда, но для них троих всё звучало глухо, будто под водой.

Пока ждали поезд, Лиза обняла Даню, крепко, как будто он 10 лет не возвращался: