Гл 22
Музыка слышалась ещё долго, но гости постепенно начали расходится по своим гостевым комнатам. В зале остались самые стойкие и сильные.
Сидя в своей комнате, Онуфрий думал о сегодняшнем дне. Столько всего случилось. Он пару раз подумал о разговоре с Сином. Надо будет его поблагодарить. Подумал подросток.
Время было за полночь. А он никак не мог уснуть. Что не так? Ему было душно и хотелось пить. Он решил сходить на кухню и налить воды, ведь, как оказалось, в кувшине у кровпти её не было. Для него такое не первый раз.Он взял свечку и выщел.
В кромешной темноте, которая играла с туманом, горел еле заметный огонёк. Освещал он плохо, но Онуфрий хорошо знал эти стены. Свечу он взял для вида.
Поход не занял много времени. Он пришёл на кухню. Но она оказалась заперта. Почему? Ничего не понимая, Онуфрий пошёл к Васите. У неё были ключи от всего, что было связанно с едой.
Её комната находилась во 2ом кольце, там же, где живут личные слуги Сина, Катерина, и ещё несколько важных особ поместья.
В этот раз, подросток шёл медленнее. Не потому что не знал дороги, его смущал туман. Его не было. Поэтому, его окружала темнота. В этой пустоши, огонёк горел ещё слабее, не освещая почти ничего. И ещё, была тишина, жуткая. В голову пришёл Въевин и тот день, когда он не смог сбежать. Тогда было почти также. Сердце внезапно сильно застучало. От этого Онуфрий перестал слышать мир,только текущую кровь в венах. Однако он продолжил идти. Он дошёл до прохода во 2ое кольцо. Остановился. Онуфрий задумался, не вернуться ли ему назад. Что-то тянуло его в свою комнату, подсказывало:"Вернись! Отступи!" Он решил уйти.
Только он развернулся, чтобы пойти назад, как чья-то горячая рука схватила его за больное запястье. От такой неожиданности и боли подросток вскрикнул и выронил свечу. Та затухла, а Онуфрию зажали рот.Он укусил руку. Теперь айкнул неизвестный.
Действие ребёнка, ему явно не понравилось, потому что Онуфрия шлёпнули по губам, и в следующий миг прижал к стене, поднимая руки над головой.
-наглец-зашипели на ухо-как ты посмел укусить меня?!Придётся тебе отомстить
Не успел Онуфрий что-то ответить, как его шею пронзила боль. Он издал протяжное ай и сморщился от неприятного запаха дыма. Однако его сильно смутил и озадачил, звук, слетевший с его губ.
Подросток начал вырываться. Однако держали его крепко.
Голова неизвестного отстранилась, а боль в шее только усилилась.
-а ты вкусный, так бы тебя и съел...-с неким задором сказал неизвестный.
Онуфрий почувствовал, что по шее что-то потекло. Кровь? Слюна? Всё вместе?
Тут напавший начал обнюхивать подростка, от чего ему стало неловко.
-ещё и вкусно пахнешь-сладко прошипели ему на ухо и облизнули его.
Фу! Как мерзко. Онуфрий поспешил вытереть ухо,но у него ничего не вышло. Его отвлекло следующее действие ненормального. Он вставил своё колено между ног Онуфрия. Отчего ночная рубашка поднялась, а у подростка встал ком в горле.
-пусти-тихо, но строго ответил ребёнок и начал вырываться.
Его лишь сильнее прижали к стене.
-а знаешь, я ведь тебя ещё на празднике приметил-с весельем прошептали ему на ухо - правда ты выступил один раз и больше не появился. Наверное Пеккаторим не позволил. Тебе ещё ведь хотелось станцевать?
-какая тебе разница! Пусти!-Онуфрий начал усерднее вырывать руки, а его слова перешли на крик.
-как грубо! -с наигранной жалость.
Тут его прижали всем телом. Какой маленький правитель...
-пусти!-он начал отталкиваться неизвестного телом, однако его лишь сильнее вжали в стену... но очень сильный правитель...
-спокойно, спокойно -прошептали ему на ухо-успокойся и замолчи, тогда получишь всё удовольствие...
-что?-подросток повернул голову в сторону неизвестного.
Его руку отпустили и положили на голое бедро. Откуда щупальца неизвестного поползла вверх. Его рука была до жути горячая. Потом она резко прошлась по внутренней стороне бедра. От этого, мальчик издал непонятный звук, а потом прикрыл свободной рукой рот. Лица встретились, и Онуфрий впервые увидел его довольную улыбку и заигрывающие алые глаза. Рука неизвестного продолжила ползти вверх.
Смотря в глаза правителя, которые источали что-то неизвестное, но не злость, подросток непроизвольно дал ему пощёчину. Тот отвернул голову и взялся рукой за ушибленное место. Онуфрий испугался, но хватку не потерял. Он вырвал вторую руку и отталкнул неизвестного.
Только он хотел сделать шаг, как его вновь схватили за больное запястье и вжали в стену.
-ах ты ж -пауза- как меня это возбуждает!
Онуфрий не понял ничего из сказанного, он хотел крикнуть что-то, но ему не дали это сделать.
Лицо неизвестного оказалось непристойно близко, а потом ему в рот проникло что-то скользкое и шершавое. От этого Онуфрию стало противно и тошно. Его поцеловали, но он никагда не предполагал, что это настолько мерзко, поэтому он прикусил язык правителя. Тот резко отстранился, показывая его кровоточащим. Зашипел.
-не хочешь по хорошему, будет по плохому!-крикнул неизвестный.
На Онуфрия обрушилась дикая духота и жар, в горле резко пересохло, а голова закружилась. Он в миг почувствовал себя таким беспомощный и назащищённым, таким маленьким. Дальше он воспринемал всё смутно. Вот его опять поцеловали, вот стянули кофту с плеча, вот укусил за ключицу, вот, наверное опять укусил за шею, вот рука поползла к груди, вот к ногам,вот что-то твёрдое упёрлось в пах. Ко всему этому, из пересохшего горла подростка раздавались странные звуки.
Онуфрию всё это не нравилось, он не хотел это делать, поэтому дрожащими руками пытался отталкнуть правителя.
-не надо, прошу-тихо шептал он. Из глаз начали течь слёзы.
-не надо было меня злить -злобно сказал неизвестный.
-прошу, отпусти-отталкивает правителя и говорит с дрожью в голосе.
-ой как мы запели-небольшая пауза в действиях-как меня бесит, что ты меня отталкиваешь!
Его схватили за больное запястье, перевернули и впечатали лицом в стену, свернув руку за спину.
Онуфрий расплакался сильнее, отчего его разум ещё сильнее помутнуел. Всё вокруг казалась таким горячим и душным. Даже стена, которая всегда была ледяной, сейчас источала пар. Его укусили за холку. Больно. Рука пошла под одежду вверх. Послышался её треск.
-она всегда так мешает...
-отпустите -голос прерывался из-за слёз и сухости во рту.
С плечей спала рубашка. Она остановилась у локтей
-какой прекрасный вид-протяжно и с возбуждением-это так завадит.
Его укусили за плечо, а что-то твёрдое начало теперь тереться у ягодиц.
-отпусти, прошу-последнее слова получилось смазанно из-за стона.
Укус. Онуфрий задрожал. Горячая рука водит по груди. У мальчика начало зудеть внизу живота. Его свободная рука упирается в стену. Жакро...Душно... Вдруг Онуфрий закидывает голову назад и издаёт такой странный звук, что сам смущается от него.
-как? Уже кончил?-правитель немного отстранился.
-прошу, మీరు, помоги.
-кого ты там завёшь?-неизвестный не понял имени, его это сильно удивило.
-మీరు! మీరు-последнее было протяжней.
-ай!-неизвестный продолжил то, что делал.
Онуфрий тихо шептал чьё-то имя. Это стало сильно напрягать насильника. Поэтому он развернул мальчика к себе и сильно ударил его об стену. От этого ребёнок лишь сильнее расплакался.
*
Тишина. Спокойствие. Вроде всё хорошо. Всё спят. Праздник прошёл на ура. Точно все спят?
-నేను వేడుకుంటున్నాను,Син, సహాయం
Кто завёт меня по имени?
-Син! Сииин
Чт..простите. Знакомый голос. Почему он такой?
-Син,Син,Син...
...Онуфрий?
-Сииин-получилось неожиданно громко
Онуфрий?! Кто посмел?!!
*
-заткнись!
-మీరు. మీరు.
-да замолчи!
Звон. В ушах затрещало.
-ты настолько оглох от всех этих криков, что не удосужился услышать мои шаги?
Правитель повернул голову в сторону говорящего. На него смотрели кровавые глаза. Они горели яростью.
-г..господин Пеккаторим-он резко отскочил назад и упал на калени кланяюсь в пол-вы не так всё поняли...
Онуфрий задышал, ему стало прохладно. Разум начал возвращаться. Его ноги больше не могли его держать. Он свалился. Однако его поймали. Кто-то. Прохладно, хорошо. Чья это рука? Онуфрий поднял взгляд. Перед ним вырос Син. На него уставились два, уже, золотистых глаза. Вмиг вся рассеянность ушла и слёзы перестали течь. Такие глаза он увидел впервые.
Страх и неизвестность затмил всё. Мальчик посмотрел на своё состояние и из последних сил встал на ноги кутаясь в разорванной ночной рубахе. Опускает взгляд. Видит подаль лежащую тушку.
-не так всё понял?
-нет, господин, как я смею-немного посмеиваясь ответил он.
Феха..знакомое имя. Холодная рука прикаснулась к оголённым лопаткам. Онуфрий заметил, что его немного прижал к себе. Он поднял взгляд на господина. Он не смотрел на него.
-помнишь что я тебе обещал?
-как я могу забыть такое?-со страхом в голосе.
-да?-наигранное удивление-а мне кажется забыл. Иначе бы не стал бы даже и зариться на то, что тебе не принадлежит, нарушая тишину и покой своих собратьев.
-вы ведь знаете как мне это нравится.
-ЗАТКНИСЬ!-от такого громкого рявка, задрожали стены. С них слетели капли влаги. Онуфрий задрожал и попытался закрыть уши плечами. По его коже прошли мурашки.
Тишина. Подросток бросил взгляд на господина. Тот смотрел на него. Мальчик задрожал сильнее. Золотые глаза сменились на алые, но блеск золота остался. Син убрал руку с его спины.
-жди своей участи завтра, а пока-он щёлкнул пальцами, и Феха исчез-посидишь там.
На плечи Онуфрия упал тяжёлый плащь,а мех на нём приятно пощекотал щёки. Щелчок. Весь коридор озарили тысячи свечей. Мальчика грубо подняли за подбородок. Он взглянул на господина. Те-же злые алые глаза, устремлённые на шею. Онуфрий отвёл взгляд. Чужой палец прошёлся по дорожке слёз, растирая их.
-простите-тихо прошептал он.
Его подбородок отпустили. Послышалось шаги. Син уходил. Подросток понял, надо идти за ним, но его ноги по прежнему дрожали, поэтому, только он сделал шаг, как тут же рухнул, ударившись коленями о пол.
В коридоре сново встала тишина. Это спокойствие разрушили возвращающиеся шаги. Онуфрия потянули за плечо, отчего он встал. Но ноги его больше не держали, и он опять свалился. Его вновь потянул за плечо, но в отличии от прошлого раза, упасть не дали. Его подняли на руки. Одна рука господина держит за плечо, другая - под коленями. Онуфрий поспешил собрать руки на груди, кутаясь в плаще. Его лицо частично закрывал мех на вороте накидки.
Идя по освещённому коридору, подростку ничего не оставалось делать, кроме как смотреть на свои руки и плащь господина. Он заметил, что одежда не как обычно:чёрного цвета. Она была золотисто-оливкового. Онуфрий перевёл взгляд на открытую часть груди господина. На ней одежда была белая, с золотыми пуговицами. Подняв взгляд выше, он увидел воротник, на котором висела какая-то недо солфетка. Ещё, он заметил, что белой была желтка и не до солфетка, кофта же была синеватой.
За всеми этими рассматриваниями, Онуфрий не заметил, как они пришли к дверям белой палаты. Подростка поставили на землю и постучали. Ему сразу же открыли, а Онуфрия затянули внутрь. Комната жгла глаза. Слишком яркий свет.
-господи!Мальчик мой!Откуда это всё?!-воскликнула Фёкла и начала его крутить.
-это ваших рук?-тихо спросила Серна.
Они обе взглянули на господина, и тут же обомлели. Алые глаза не переставали гореть. Они редко видели такой взгляд.
-я принесу лекарства-вызвалась Фёкла.
-я проведу Онуфрия-сказала Серна.
Так и поступили.
Онуфрия посадили на кровать. Напротив стоял стул, на который сел господин. Фёкла принесла лекарства на подносе. Их забрал Син. Девушки удивились.
-раздевайся-приказной тон. Грубый...
Подросток помешкался. Он медленно встал, снял с себя верх. Мех прошёл волной по ногам. Плащь упал на пол. Следом за ним полетела разорванная рубашка.Послышалось тихое "ух". Настолько всё это плохо выглядит? Онуфрий стоял полностью голый перед всеми.
-принесу бинты-тихо прошептала Фёкла.
От этого подростку стало не по себе. Он сел, пряча все смущающие его места. Господин предвинулся к нему, положив поднос на кровать. Он взял его за лодыжки и поставил их себе между ног на стул. Колени Онуфрия начали упираться в живот Сина. Сидя на кровати, выше стула, Анимабус всё равно был выше. Господин начал обрабатывать места укусов.
-ай!-сжался Онуфрий - больно -приложил руку к шее
Господин смолчал. Он убрал его ладонь и продолжил обрабатывать укус. Всё равно больно. Онуфрий закусил губу и смял в руках простыню.
-почему ушла Фёкла?-задал вопрос подросток, чтобы развеять дявящую на него тишину.
-ей просто не нравится такой вид-тихо ответила Серна.
Господин перешёл на следующий укус. Тут же ключицу пронзило колющее чувство. Больно! Онуфрий сильнее сжал руки, закусил губу и постарался выпремиться, а не сжиматься.
-может быть это сделаю я?-заметив страдания подростка вызвалась девушка.
На неё лишь глянул алые глаза, будто говоря:"только попробуй, убъю". Девушка молча осталась на месте, отведя взгляд, чтобы не видить его боль.
С каждым новым местом укуса, становилась всё больнее и больнее. Онуфрий начал трестись. В палате также было прохладно. Колющее, режущее, стягивающее чувство становилось невыносимым. И вот когда господин принялся за новый укус, подросток схватил его за руку и попытался отодвинуть.
-мне больно, очень сильно-тихо сказал он и опустил голову.
Всё замерло. Вновь тишина и покой. Онуфрий резко вскинул голову, на него смотрели те же два алых глаза. Он сглотнул, перевёл взгляд на руку, и выпрямился. Господин тутже вернулся к работе, но боль резко прошлась по всему телу. Подросток взвизгнул, сильнее сжал руки, сожмурил глаза и сильнее закусил губу, чтоб не издавать ни звука. Но это видимо не смутила господина. Он продолжел обработку. Почему так грубо?
Когда с лицевой частью было закончено, Син передал поднос Серне, призывая её начать обрабатывать раны с зади. Там их было меньше. Господин отодвинулся, ноги подростка опустились на воляющуюся на полу одежду.
Господин окинул взглядом сидящего напротив. Лицо морщилось не так сильно, как когда он делал это. Син засмотрелся на какой-то укус. Задумался. Онуфрий стало больно и он оглянулся. Укус на холке.
-прости, прости-еле слышно сказала Серна.
Онуфрий вернул голову в исходное положение. Он заметил протянутую к нему руку. Она висела в воздухе, ладонью вверх. Подросток посмотрел на Сина. Тот взглядом указал на руку. Онуфрий понял, что надо сделать.
Он вложил свою руку в ладонь господина. Холодок пробежал по плечу, и перед глазами начали мелькать события сегодняшнего вечера. Онуфрий взглянул на Сина. Тот закрыл глаза, брови столзли к переносице, а губы то и дело дёргались в недовольной манере. Когда господин почувствовал боль мальчика, он сжал его руку, но увидев поцелуй, он сжал её до белых костяшек. Недоволен. Несколько раз прокрутился момент с Фехой. Господин открыл глаза и отпустил руку, предварительно повертев её в руке, рассматривая синее запястье.
Серна закончила со спиной. И вернулась к господину.
-осталось забинтовать и всё.
-нет-он придвинулся к Онуфрию и положил руки по бокам бёдер.
-что вы делаете?-спросила Серна раньше подростка.
-ищю метку-он переместил руки на верх бёдер.
-метку?!-В комнату вошла Фёкла-он разве мог её поставить!
-конечно мог, если он ему понравился-тутже ответила её сестра.
Руки господина с особой осторожностью перешли к внутренней стороне бёдер, чуть раздвигая ноги. Онуфрий вздрогнул. Лица всех перекосило недовольство. Господин очень быстро убрал руки с бёдер к груди. Тут тоже самое. Пару секунд, смена положения, ещё пару секунд, смена положения. Рука остановилась на ключице.
-тут-Син приложил два пальца к укусу на ней.
Её обдало жгучей болью. Обожгло. Но в следующий миг почувствовалась прохлада. Руки пошли блуждать дальше.
Ещё одна метка нашлась на холке, за спиной. Её Син не убрал. Почему? Последнее место. Губы. Син приподнял подбородок, и еле еле прикоснулся большим пальцем к губам.Он резко отдёрнул её. Лицо перекосил гнев. Глаза закрылись, а рука начала массожировать переносицу.
-метка на губах?-с волнением спросили девушки в один голос.
-нет.
-простите?!-вскрикнула Серна-да как он!
-тише. Нам не только эту надо убрать,но и ту что на спине, -сказала Фёкла.
-ту он уберёт.
-нет.
-что?-в один голос.
-что это за метка такая?-вставил вдруг Онуфрий.
-метка-это принадлежность к правителю. Они помечают свои источники силы. И к сожалению, каждый делает это по своему,-Фёкла.
-так почему просто не снять её?
-чем поставлено,тем и разрушено, -с сожалением сказала Серна.
-ну и пусть. Просто снемите её, - он обратился к Сину
-нет. Это значит, что господину придётся повторить действия Фехи, -заметили девушки вместе.
Тут наступила неловкая тишина. Девушки переглядывались, Онуфрия пробивать шок и непонимание, а Син сидел неподвижно, в позе мыслителя. Длилось молчание не долго.
-нет, я это не сделаю, -господин встал и направился к выходу.
-что?!
Выходя он хлопнул дверью.