Глава 15. Огневой контакт.

Мы летим над бескрайним зелёным океаном. Небесный конь, несёт нас вперёд на реактивных струях. Я есть Сигурд, младший сын Лейфа, внук Магнуса Пересекшего Пустоту. Мне двадцать стандартных земных года. День назад на столицу Совета Кланов напали неизвестные люди. Пламя из наших огненных копий заставил их трусливо убежать на парящей машине. Теперь мы ищем их по бескрайним просторам зелёного океана, чтобы забрать эту парящую машину, и разузнать как они смогли заставить их парить снова.
Я есть Сигурд, сын Лейфа, внук Магнуса Пересекшего Пустоту, глава клана Штольня Пять и секрет парящих машин будет моим!

Такой текст выцарапал Сигурд на металлической пластине. Это было его сагой. Писать сагу его научил отец. Отец утверждал, что необходимо записывать всё, что человек знает и, что с ним происходит потому, что как только человек умрёт всё пропадёт. По разумению судьбы так с ним и произошло. Болезнь забрала Лейфа до того, как тот записал и передал свои знания сыну. Отец любил Сигурда больше братьев. Всю жизнь Сигурда отец тренировал его быть войном и командиром. Даже хоть он и был младшим, но именно ему вразрез всех традиций был передан небесный конь.

Так сын по праву наследования стал командовать небесным конём "Гренландия". Два года Сигурд пытается доказать, что он достоин. За это время он пережил две попытки мятежа. В первую он лично сразил мечом зачинщиков мятежа - его двух старших братьев Хьёлли и Бругги. Он простил их последователей, когда они сложили оружие. На второй раз он прошил своего кузена Ари из пулемета, как и около дюжины шедших за ним. Сдавшихся на этот раз он не помиловал. Он высадил их на поляне среди зелёного океана. Довольно мягкое наказание за мятеж, посчитали бы многие, но в прошлом он вообще их прощал.

Как только небесный конь поднялся в воздух, так, чтобы группа мятежников выглядела как группа муравьев, Сигурд дал команду орудийным командам дать залп из всех орудий вниз по ним. Утруждать себя проверить выжил ли, кто-нибудь Сигурд не стал. Из ста человек его команды осталось семьдесят. Такова цена повиновения, уверил себя Сигурд.
За такие действия за Сигурдом закрепилось прозвище "Братоубийца". Хотя если назвать его так открыто, то произнёсшего скорее всего бы сбросили вниз с летящего небесного коня.

- Новый контакт на радаре, сто километров, азимут двести пятьдесят шесть градусов, капитан! - по шипящему интеркому у капитанского кресла проговорил оператор РЛС.
- Принято, меняем курс, полный газ, первый помощник ко мне! - раздавал приказы Сигурд.