АгломерАд. Глава 12. Леда и лебедь

«Эпоха агломераций. Новая карта мира».

«По данным PricewaterhouseCoopers, до 2030 года в крупнейших агломерациях — с населением более 1,5 млн человек — будет жить 70% городского, или 24% всего населения Земли, а доля крупнейших агломераций в мировом ВВП увеличится с 38% до 43%»

(Хазем Галяль, доклад на «Московскомурбанистическом форуме-2017")

Мазки.

Кисть ведёт плавную линию. Выводит приятные взгляду окружности.

Мазки. Кисть распластывается веером, широкими полосами обозначивает присутствие. Демонстрирует наличие.

Мазки. Кисть медлит, и они ложатся на холст жирными, почти, что объёмными барельефами.

Мазки. Тончайший волос кисти, не отрываясь от полотна, ведёт и изгибает. Намечает. Кончает.

Мазки. Холст. Кисть. Солнце. Прохладный ветерок... и обнажённая Маха.

Он не был вуайеристом. Но эту картину, он мог смотреть вечно.

Леда, в белоснежной тоге, уже порядком разболтавшейся и сползшей с её обнажённого тела, сидела в лёгком шезлонге. Небольшой балкон, застеклённый «в пол», едва вмещал девушку в нём, и большой этюдник. Проницаемость оконный стёкол была отключена так, что их было совсем не заметно. Этим ранним утром, Не только художник мог наслаждаться красотой пейзажа за балконом, но и мир мог наблюдать прекрасную натуру за стеклом. А впущенный через распахнутые настежь верхние рамы, лёгкий, но наглый ветерок, мог еще, и насладиться всеми прелестями осязания. Солнце было в сговоре с ветром. Всходящее, яркое, большое и красное, оно касалась своими жаркими лучами тела юной художницы, и буквально сбрасывала с неё оставшиеся дюймы ткани.

Леда отвлеклась, и подёргав округлым плечиком, сбросила с него последний оплот приличия. То, что было прежде простынёй, а совсем ещё недавно тогой, теперь лежало горой белья на полу балкона. Леда зажмурилась, и приняв ласки Солнца, вытянула полненькие свои ножки. Потянувшись, она в струнку распрямила своё, всё ещё по-детски сложенное тело. Под приятными девичьими округлостями, обрисовались мышцы, редко используемые художницей. В каждом из кулачков над её головой, она сжимала по длинной кисти.

Одна из кистей вошла в маленький ротик девушки. Тонкий ворс коснулся влажного языка. Был обхвачен губами. Девушка, не смахивая влаги, провела тонким ворсом, окружность по своему телу. Между светлым цветом кожи, и тёмным ореолом соска, блеснула граница. Кожа характерно отреагировала на прохладу влаги, и Леда ещё глубже разлеглась в шезлонге.