Part 10 |я перешла границу..|
Сознание туманное, слова почти не ясные. Я точно пьяна в стельку, но адреналин и чувство свободы было сильнее любого другого состояния. Но отступать так рано я ещё не собиралась.
Том вздохнул, тяжело, как будто хотел что-то сказать, но сдержался.
— Рейн... — начал он.
Но я уже обернулась к Марко и толпе, глаза горели.
— Эй, Марко! Давай дальше! Я ещё на ногах! — выкрикнула я, вскидывая руку с пустой рюмкой.
Толпа снова взревела:
— ДААА!!! РЕЙН! РЕЙН! РЕЙН!
Марко, весь сияя, подбежал ближе, хлопнул меня по плечу и сказал, заглядывая мне в глаза:
— Вот это настрой, крошка! Ну что... четвёртый раунд! Правда или плавание?
— Плавание. — выпалила я, не успев подумать.
Толпа взревела ещё громче. Марко рассмеялся:
— Обожаю твою смелость! Окей. Тогда вот задание. Скидывай платье... и прыгай в бассейн в нижнем белье. Иначе — двойной шот.
Я замерла, распахнув глаза. Джейн завизжала и вцепилась мне в руку:
— О БОЖЕ, РЕЙН!!
Том рванулся ко мне:
— Нет, хватит. Всё, Марко, заканчивай!
Но Марко вскинул ладони:
— Брат, она сама выбрала плавание. Всё по правилам!
Я стояла, ощущая, как кровь пульсирует в висках. Толпа вокруг скандировала:
— ПЛАВАНИЕ! ПЛАВАНИЕ! ПЛАВАНИЕ!
Я медленно повернулась к Тому. Он смотрел на меня таким взглядом, будто собирался разнести всё вокруг.
— Том... — сказала я тихо, чуть не спотыкаясь на словах. — Это... последний раз. Обещаю. Потом всё. Я просто... хочу почувствовать, что я живая.
Он провёл рукой по лицу, будто стирая злость.
— Рейн, чёрт... — пробормотал он. — Ладно. Только если что — сразу выхожу за тобой. Поняла?
Я пьяно кивнула.
— Поняла.
Толпа взревела от предвкушения. Марко хлопнул в ладоши:
— Ну? Давай, малышка! Шоу ждёт!
С дрожью я потянулась к подолу своего короткого платья. Джейн визжала прямо мне в ухо:
— О БОЖЕ, ТЫ СУМАСШЕДШАЯ!
Я стянула платье через голову, оставаясь в кружевном белье, и почувствовала, как толпа буквально взорвалась криками.
— ГОСПОДИ! РЕЙН!!! — завизжала какая-то девушка.
Марко чуть присвистнул:
— Ну, красотка, прыгай!
Я метнула последний взгляд на Тома. Он стоял, стиснув кулаки, губы его дрожали от напряжения. Но он не двинулся с места.
Я закрыла глаза... и прыгнула.
Холодная вода обожгла кожу, выбивая из лёгких воздух. Я вынырнула с криком, отбрасывая мокрые волосы со лба. Толпа закричала так, что гул шёл по воде.
Марко наклонился к краю бассейна, громко смеясь:
— ВОТ ЭТО ШОУ! Ну как водичка, крошка?!
Я кашлянула, задыхаясь и смеясь одновременно:
— ПРОСТО ОФИГЕННО!
Марко хохотал и уже поднимал очередной шот:
— Теперь шот за храбрость! Давай сюда, русалка!
Я только рассмеялась, хватая воздух ртом.
— ДАВАЙ! — прокричала я. — Я ВСЁ СМОГУ!
Я всплыла к краю, волосы облепили лицо, а вода стекала по телу, оставляя по коже ледяные мурашки. Джейн протянула мне руки, помогая выбраться. Толпа орала, аплодировала, кто-то даже свистел.
Стоило мне встать на ноги у бортика, как ко мне рванулся Том. Он молча стянул через голову свою чёрную худи и одним движением накинул мне её на плечи, запахивая меня в ткань.
— Чёрт возьми, Рейн, ты вообще с ума сошла?! — прошипел он, злобно косясь на толпу.
Я стояла босиком, в одних кружевных трусиках под его кофтой, с мокрыми ногами и распухшими губами от холода и смеха. Но вместо того чтобы уйти, я оттолкнула мокрые волосы со лба и посмотрела на него снизу вверх, сияя глазами.
— Том, это лучшая ночь в моей жизни! — выдохнула я, почти смеясь. — Я хочу дальше играть!
Он схватил меня за плечи:
— Рейн. Стоп. Хватит. Ты уже была в чёртовом бассейне в белье!
Я сделала шаг назад, всё ещё босая, прижимая к себе ткань худи, которая была в три раза больше моего размера. Из-за этого я выглядела почти комично: худенькая, вся промокшая, в огромной кофте и с голыми ногами.
Марко тут же снова подлетел:
— Ну, малышка, ты нас всех удивила! Давай ещё раунд? Я уже придумал вопрос!
Том сжал челюсти так, что скулы побелели:
— Марко, отвали уже. Она вылезла из бассейна в белье. Ей хватит.
Но я вцепилась в рукав худи Тома и с сияющими глазами сказала:
— Пожалуйста, Том. Я правда хочу продолжить. Я почти трезвая. Честно!
Он вздохнул, будто проигрывая в последней схватке.
— Если только без раздеваний, Рейн. Клянусь, я вынесу отсюда всех к чёртовой матери.
Марко рассмеялся:
— Да-да, без раздеваний. Просто... правда или действие. Классика жанра!
Я повернулась к нему, вытирая капли воды с лица рукавом худи.
— Давай, Марко. Валяй!
Толпа тут же сжалась плотным кольцом вокруг нас. Марко прищурился и сказал:
— Хорошо. Правда или действие, русалка?
Я задрала подбородок.
— Действие.
Толпа затаила дыхание. Том закрыл глаза и тихо простонал:
— Господи, Рейн...
Марко сверкнул улыбкой:
— Тогда вот тебе задание... Поцеловать любого парня здесь... кроме Тома.
Все вокруг ахнули. Кто-то радостно заорал:
— ДАВАЙ!
Том резко открыл глаза и шагнул ко мне, но я, вся дрожа от холода и адреналина, стояла с горящими глазами.
— Ну, Рейн? Выбирай. Или шот. — Марко скрестил руки на груди.
Толпа загудела.
Я глянула сначала на Тома, потом на Марко... потом на Джейн, которая закрыла рот ладонями.
— Ну что, малышка? — поддел Марко. — Покажи нам шоу номер два?
Я стояла, обхватив себя руками под толстой тканью худи Тома, по щекам всё ещё стекали капли воды. Толпа вокруг нас замерла в предвкушении. Марко победно скрестил руки на груди, смотря прямо на меня.
— Ну что, русалочка? Поцелуешь кого-нибудь... или выпьешь? — протянул он, растягивая слова.
Я почувствовала, как Том напрягся рядом. Он был готов кинуться в толпу, лишь бы утащить меня отсюда.
Я нервно хихикнула и слегка отступила назад, прижимаясь к нему спиной.
— Эээ... А можно... ну... никого не целовать? — пискнула я.
Марко вскинул брови:
— О, нет-нет. Так не играем. Либо целуешь, либо пьёшь.
Я сжала пальцы в рукавах худи и вдруг, почти вопреки себе, лукаво улыбнулась:
— Хорошо. Я выберу поцеловать... но можно я поцелую... Джейн?
Толпа взорвалась смехом и свистом. Джейн хлопнула себя по груди:
— ЧТО?! О боже, давай! — она почти визжала от восторга.
Марко закатил глаза:
— Нет, малыш, так не пойдёт. Должен быть парень.
Я надула губы, изображая крайнюю обиду.
— Это дискриминация! Я имею право целовать кого хочу!
Толпа снова заржала. Том тихо хохотнул мне в затылок.
Марко махнул рукой:
— Окей, окей... Но за такую выкрутасину — два шота подряд.
Я тяжело выдохнула. Посмотрела на Тома, потом на Джейн. Та вся подпрыгивала от нетерпения.
— Два шота и всё? Больше никаких поцелуев? — уточнила я, прищурившись.
Марко поднял руку:
— Клянусь своей барной стойке.
Я сцепила зубы и закатила глаза:
— Ладно! Давай сюда свои шоты!
Марко взмахнул рукой, и кто-то уже подносил два крошечных стаканчика с янтарной жидкостью.
— Рейн, не надо... — пробормотал Том, обнимая меня за плечи.
— Надо! — отрезала я, выхватывая первый шот. — Я сегодня бунтую!
Я залпом опрокинула первый. Толпа взревела. Марко снова крикнул:
— Второй!
Я поморщилась, схватила второй стакан и, тяжело дыша, влить его в себя.
Глоток жёг горло, мир слегка качнулся перед глазами. Я шумно выдохнула, прижимаясь к Тому.
— Всё... довольны? — прохрипела я, тяжело дыша.
Марко театрально поклонился:
— Ты официально самая отбитая гостья этой вечеринки.
Я хохотнула, отмахиваясь мокрыми рукавами худи. Том, всё ещё обнимая меня, уткнулся лбом в мои мокрые волосы и буркнул:
— Больше никаких игр. Клянусь.
— Ладно-ладно... — пробормотала я, чувствуя, как снова начинает кружиться голова. — Но мне пока весело...
Толпа начала расползаться кто куда, но Марко уже хлопал в ладоши:
— Ну что, кто следующий?
А я, обессиленная, вцепилась в Тома и тихо хихикнула:
— Ну, я вроде выкрутилась... правда?
Том только вздохнул и покачал головой, но в его глазах впервые за вечер мелькнула улыбка. Он мягко коснулся моих мокрых волос и почти шепотом сказал:
— Выкрутилась. Но если Марко ещё раз к тебе полезет, я ему башку откручу.
Я фыркнула и ткнулась лбом ему в грудь:
— Не надо никому ничего откручивать... Мне всё нравится.
— Да, это видно. — пробормотал Том с лёгкой улыбкой.
Тем временем вокруг снова начал подниматься гул. Марко, довольный, обвёл взглядом всех собравшихся.
— Так! Народ! Бассейн — это, конечно, кайф, но бар — тоже зовёт! Кто со мной пить шоты на скорость?!
Толпа загудела. Джейн, сияя, подпрыгнула:
— Рейн, пошли пить! Давай сразимся с Марко!
Я моргнула, чувствуя, как алкоголь волнами ударяет в голову.
— Но я только что два шота бахнула...
Джейн хлопнула меня по плечу:
— Идеально, значит, ты уже размята! Пошли!
Марко, заслышав это, тут же подскочил к нам, сияя, будто новогодняя гирлянда:
— Вот это я понимаю — боевой дух! Рейн, не будь трусихой! Устроим настоящий баттл! Кто быстрее — тот и король бара!
Том тихо проворчал:
— Или королева... в алкогольной коме.
Я хихикнула и, пошатываясь, вывернулась из объятий Тома:
— Ладно, только... одну партию и всё. Потом пойдём танцевать, да? — я посмотрела на Джейн.
— Обещаю! — взвизгнула та.
Том вздохнул и покачал головой:
— Хорошо. Но я остаюсь рядом.
Мы подошли к барной стойке, за которой Марко уже приготовил четыре рюмки.
— Итак, правило одно, малышка, — кто медленнее выпьет, тому... либо шлёпок, либо разок нырнуть в бассейн.
— Шлёпок?! — я распахнула глаза. — От кого?!
Марко осклабился:
— От любого игрока.
Джейн прыснула со смеху:
— Ну всё, я за бассейн!
Я развернулась к Тому, умоляюще глядя:
— Ты меня спасёшь, если что?
Том закатил глаза:
— Я тебя из бассейна выловлю. Но шлёпать никому не дам.
— Идеально, значит, я в игре! — выпалила я, вскидывая руку.
Марко загоготал и протянул нам рюмки.
— На счёт три! Раз... два... три!
Мы с Джейн хором залпом опрокинули шоты. Жидкость обожгла горло, но я умудрилась проглотить быстрее всех. Марко отстал буквально на полсекунды, закашлявшись.
— ЕСТЬ! — крикнула я, размахивая руками. — Я королева бара!
Толпа взревела. Джейн почти падала от смеха. Марко, покрасневший, поднял руки:
— Ладно, ладно... Победа за тобой. Ну что, танцы?!
Я закивала, всхлипывая от смеха:
— Да! Танцы! Пошли уже обратно, пока я не уснула прямо тут.
Том, подхватив меня за талию, сказал:
— Ещё один конкурс и я точно тебя унесу домой.
— Ну-у... Может, ещё чуть-чуть повеселимся? — захихикала я, качаясь на месте.
И мы двинулись обратно к музыке, в свет, в толпу, где жизнь кипела и пьяно мерцала тысячами огоньков.
Музыка снова била в грудь ритмом, световые лучи мелькали, как вспышки молний. Я, чуть шатаясь, вновь оказалась на танцполе вместе с Джейн и Томом.
Мы смеялись, кружились, пока я не почувствовала, что ноги словно ватные. Я выдохнула, положив руки Тому на плечи, и чуть наклонилась к нему:
— Я, кажется, плыву...
Том улыбнулся и прижал меня к себе чуть крепче. Мы танцевали ещё несколько минут, просто двигаясь в такт музыке.
— Сейчас вернусь. Надо кое с кем поговорить. — сказал Том вдруг, склоняясь ко мне. — Не уходи никуда одна, ладно?
Я кивнула.
— Ладно...
Он провёл рукой по моим волосам и ушёл, растворяясь в толпе. Джейн тут же подскочила ко мне:
— Рейн! Пошли ещё выпьем!
Я покачала головой:
— Нет, я уже... не хочу. Голова кружится.
— Ну как хочешь! Я мигом! — и Джейн умчалась к бару.
Я осталась одна. Музыка гремела, а я стояла посреди зала, обнимая себя руками под худи Тома. Голова кружилась всё сильнее, будто всё вокруг плывёт.
— Эй, красавица, одна скучаешь? — услышала я вдруг над ухом.
Я обернулась и увидела двух парней, из-за высокого адреналина в крови, лица показались мутными. Один был высокий, с темными волосами и серьгой в ухе, другой блондин, с дерзкой улыбкой.
Я открыла рот, чтобы что-то сказать, но язык словно не слушался.
— Пошли, тут шумно. — сказал темноволосый, беря меня за руку. — На втором этаже тише. Поговорим... или повеселимся.
— Да... н-не... — пробормотала я, пытаясь отстраниться.
Блондин наклонился ко мне, его рука легла мне на поясницу:
— Да ладно тебе, ты ж такая горячая. Пару минут и обратно.
Я снова попробовала что-то сказать, но слова утонули в пьяном мареве. Музыка грохотала, свет пульсировал. Всё казалось медленным, размазанным.
Темноволосый чуть сильнее сжал мою руку и мягко, но настойчиво повёл меня в сторону лестницы:
— Не бойся. Там уютно.
Я оглянулась, пытаясь увидеть Тома или Джейн, но в толпе только мельтешащие силуэты.
Меня уже вели к лестнице, а блондин, идя рядом, шептал мне на ухо:
— Ты нам так понравилась... Давай без лишних вопросов.
Я моргнула, пытаясь сфокусироваться. Всё казалось сонным, каким-то нереальным.
Я выдохнула, почти одними губами:
— Подожди... Том...
Но они уже поднимались со мной по ступеням. Шаг. Ещё шаг. Лестница казалась бесконечной. Голова кружилась так сильно, что приходилось вцепляться в перила, но меня держали с двух сторон — один за руку, другой за талию.
— Ты прямо огонь, слышишь? — сказал блондин, подталкивая меня вперёд. — Даже в худи выглядишь чертовски.
— Мм... я... не хочу... — пробормотала я, пытаясь остановиться.
Темноволосый усмехнулся и наклонился ко мне ближе:
— Да брось, красотка. Просто посидим, расслабимся. Никто тебя трогать не будет... если сама не захочешь.
Я запнулась на верхней ступеньке, но блондин тут же приобнял меня крепче:
— Осторожнее, малышка. Давай-давай... почти пришли.
Мы миновали короткий коридор. Музыка отсюда звучала глухо, как пульс за стеной. Впереди распахнулась дверь — один из парней ногой толкнул её шире.
— Заходи, кошечка. Тут уютнее.
Я замерла в проёме, глядя в полутёмную комнату. Внутри был широкий диван, мягкий свет настольной лампы, пара пустых бутылок на низком столике. Воздух пах алкоголем и духами.
— Ну что ты? — темноволосый мягко подтолкнул меня внутрь. — Мы же просто поболтаем. Или... — он склонился к моему уху, обжёг дыханием кожу — сделаем тебе приятно.
— Нет... мне... нужно... Том... — еле выговорила я, чувствуя, как ноги становятся ватными.
Блондин провёл пальцами по моему плечу и усмехнулся:
— Он тебя не найдёт. А ты сама вроде хотела приключений?
Темноволосый толкнул дверь и закрыл её за нами, щёлкнув замком.
— Расслабься, малышка. Здесь только мы. И всё будет очень-очень приятно.
Я отступила на шаг, но блондин уже стоял передо мной.
— Ты ведь не откажешь нам, да? С такой фигуркой нельзя быть такой жадной...
Он наклонился, пытаясь поцеловать меня. Я уткнулась лбом ему в плечо, еле стоя на ногах. В голове всё плыло, перед глазами плясали световые круги.
Я прошептала одними губами:
— Пожалуйста... отпустите...
Но они оба лишь рассмеялись.
Темноволосый наклонился ко мне совсем близко:
— Скажи честно... тебе же тоже хочется.
Блондин осторожно взял меня за подбородок, наклоняя моё лицо к себе:
— Глянь на меня, детка... Скажи, что хочешь нас.
Я закрыла глаза, но почувствовала, как его губы чуть касаются моих. Тело будто застыло. В груди колотилось сердце, но руки были словно налиты свинцом — не поднять, не оттолкнуть.
— Нет... не хочу... пожалуйста... — еле слышно прошептала я.
Темноволосый усмехнулся и положил руку мне на бедро:
— Да брось, мы же не звери. Просто немного веселья. Разве ты не для этого пришла на вечеринку?
Он скользнул пальцами под край худи Тома, которое всё ещё было на мне.
— Сними это... Оно тебе не идёт. Давай посмотрим, какая ты настоящая.
Я дернулась, пытаясь закрыть края кофты руками, но блондин перехватил мои запястья.
— Расслабься, крошка. — он улыбнулся и, наклонившись, провёл губами по моей щеке — Обещаю, тебе понравится.
Темноволосый в это время слегка отступил, набирая на телефоне музыку и включив медленный, вибрирующий бит.
— Во-во... пусть будет настроение. — он щёлкнул пальцами — Повернись к нам спиной.
— Нет... я... не хочу... — слова едва вырывались сквозь пересохшее горло.
Блондин рассмеялся:
— Не хочешь? У тебя вид такой... будто хочешь больше всех.
Он снова попытался меня поцеловать. Я отвернула лицо, но он крепче сжал мои руки.
Темноволосый подошёл ближе, его голос зазвучал мягче:
— Если не хочешь раздеваться... Тогда давай сыграем в «Правду или Действие». Только между нами. По-тихому. Одна правда или одно действие и ты свободна. Согласна?
Я молчала, запыхавшись, чувствуя, как пульс стучит в висках.
Темноволосый наклонился к самому моему уху:
— Или мы сами выберем для тебя действие.
Блондин ухмыльнулся, придвигаясь совсем близко:
— Да, например, сорвём с тебя эту кофту. Прямо сейчас.
Я дрожащими губами прошептала:
— Нет... я... я сыграю...
— Воот! Умничка! — хлопнул в ладоши блондин. — Тогда «Правда» или «Действие», детка?
Я чувствовала себя так, будто меня затянуло в трясину. Голова кружилась, тело казалось чужим, тяжёлым. И где-то в глубине сознания всё ещё жила слабая надежда, что кто-то войдёт в эту комнату... и вытащит меня отсюда.
— Рейн... ну? Правда или действие? — настаивал темноволосый.
Я смотрела на них затуманенным взглядом. Вдохнула и с трудом выдавила:
— ...Правда...
Они переглянулись и ухмыльнулись.
Темноволосый медленно спросил:
— Ты бы переспала с Томом? Прямо здесь, на этой вечеринке?
Я открыла рот, но не сразу смогла выдохнуть хоть слово.
Блондин подался ближе:
— И отвечай честно, детка. Мы ведь за честность.
Я заморгала, чувствуя, как глаза наполняются влагой. Голова тяжело склонилась вперёд. Сердце стучало так громко, будто его мог услышать весь дом.
— Я... — мой голос дрогнул, совсем тихий, почти шёпот. — ...не знаю...
Блондин прищурился:
— Не знаешь? Да ладно тебе... Такой он у тебя взгляд, когда рядом. Ммм? Ты же вся таешь, как мороженое на солнце.
Темноволосый хмыкнул, проводя пальцем по моему плечу:
— Или может, ты уже фантазировала об этом? Прямо тут... в толпе? Или где-нибудь в тёмной комнате... как эта?
Я отшатнулась, но он схватил меня за локоть.
— Ну-ка, скажи правду, крошка. Ты хочешь его или нет? — настаивал блондин, заглядывая мне в глаза.
Я тяжело сглотнула. Губы задрожали. И всё же выдавила:
— Я... да... может быть... я не знаю...
Блондин рассмеялся и отпустил мою руку, хлопая в ладоши:
— Во-о-от! Слышал, Марко? А то он вечно такой серьёзный ходит.
Марко добавил с усмешкой:
— Ну что ж, тогда «Действие», малышка? Или честно признаешься Тому?
Я замотала головой, чувствуя, как к горлу подступает то ли слёзы, то ли смех всё вперемешку.
— Не хочу... ничего... — прошептала я.
Марко, не отрывая взгляда, сказал:
— Ну а если так... значит, снимаешь кофту. По-честному.
Блондин тут же шагнул ко мне ближе, пальцы уже тянулись к подолу худи.
— Давай-давай, милая. Нам же всем интересно...
Я прижала кофту к груди, покачивая головой.
— Нет... прошу...
Блондин фыркнул:
— Не ломайся. Ты же почти сказала, что хочешь быть с Томом. Значит, и нечего скрывать.
Марко наклонился ко мне так близко, что я чувствовала его дыхание:
— Твой выбор, Рейн. Либо сама снимешь, либо поможем.
Моё сердце стучало так сильно, что грохот музыки из-за двери казался почти тишиной. Руки дрожали. Я судорожно сжимала ткань худи Тома у себя на груди.
Марко слегка провёл пальцем по моему горлу, отчего я дёрнулась:
— Ну что, малышка... значит, ты сама не решишься?
Блондин обошёл меня сбоку, заглянул в лицо снизу вверх, его голос стал бархатным и липким:
— Расслабься. Мы же просто хотим повеселиться. Том тебя обижал? Нет? Ну и мы не обидим...
Я пыталась сделать шаг назад, но упёрлась спиной в стену. Комната будто съёжилась вокруг нас.
— П..пожалуйста... — выдохнула я, голос сорвался. — Я... не хочу...
Марко медленно качнул головой:
— Поздно. Игра есть игра, милая.
Он уже протянул руку, чтобы схватить меня за подол кофты. Блондин засмеялся:
— Ты такая милая, когда краснеешь. Давай, дай нам взглянуть...
Я замотала головой, прижимая ткань сильнее.
— Не надо... прошу...
Марко наклонился совсем близко, его губы почти коснулись моего уха:
— Том-то где сейчас, а? Даже если позовёшь его... Думаешь, он тебя спасёт?
Блондин начал медленно поднимать подол худи.
— Вот так... — пробормотал он. — Никто не узнает, что тут было.
Я вжалась в стену так, будто могла исчезнуть в ней. Горло сдавило судорогой. Марко вплотную приблизился, его рука легла мне на бедро поверх худи.
— Тише... — прошептал он, почти прикасаясь губами к моей шее. — Мы же просто посмотрим, какая ты под ней. Для удовольствия... и твоего тоже.
Блондин чуть хрипло рассмеялся и провёл пальцем вдоль моего лица:
— Милашка, ну правда... не ломайся. Не такая уж ты и святая, если танцевала стриптиз у всех на глазах, да?
Я дернулась, пытаясь вывернуться, но меня тут же прижали к стене крепче. Мой затылок слегка стукнулся о штукатурку. Сердце бешено билось.
— П..пожалуйста... не надо... — выдохнула я, в глазах защипало от слёз. — Отпустите меня...
Марко медленно наклонился к моей груди, его дыхание жгло кожу:
— А мне кажется, тебе понравится. Ну-ка, подними ручки...
Его ладони уже начали забираться под худи. Блондин наклонился с другой стороны и сдавленно сказал:
— Да брось. Один разок — и никто не узнает. Ну? Дай нам поиграться, крошка...
Я замотала головой так резко, что закружилась голова.
— Не хочу... Том... — сорвалось у меня почти шёпотом.
— Да он забил на тебя! — хрипло усмехнулся Марко. — Ушёл тусить. А мы вот тут. С тобой.
Блондин снова попытался стянуть с меня худи. Ткань натянулась и слегка оголила живот.
— О-о-о... смотри, какая кожа... — пробормотал он, облизывая губы. — Мягкая...
Моё дыхание сбилось в панические всхлипы. Я вцепилась в край худи, не давая ему подняться выше. Но руки у меня дрожали, пальцы ослабевали от страха и алкоголя.
— Пожалуйста... не надо... — прохрипела я, чувствуя, как туман в голове становится всё гуще. — Не трогайте меня...
Марко прошипел мне в ухо:
— Слишком поздно, куколка. Мы уже начали.
Я зажмурилась, готовясь к тому, что вот-вот потеряю хоть какие-то остатки одежды, когда вдруг...
Из коридора донеслись быстрые тяжёлые шаги. И в этот миг дверь распахнулась с таким грохотом, будто её вышибли ногой.
Том влетел в комнату, глаза горели дикой, мрачной яростью:
— ОТОШЛИ!
Tom's pov
Рейн уже достаточно пьяна. Она танцевала, крутясь под светом прожекторов, с таким огнём в глазах, с такой дикой уверенностью... Она смеялась, волосы разметались по плечам, огни скользили по её телу, как язычки пламени. И всё это время я только и делал, что стоял рядом, охранял её, любовался ею.
В голове всё ещё всплывает наш поцелуй. Как она тянулась ко мне, мягкая, тёплая. Такая миниатюрная. Такая хрупкая. И такая..моя.
Сейчас она где-то там, среди толпы, танцует без капли стеснения. Она знала, что я рядом. Она знала, что в безопасности.
Но мне нужно было отойти. Чёртов Билл опять куда-то делся.
Предупредив Рейн, я развернулся, проталкиваясь сквозь толпу, пока не увидел его. Он лежал на полу у стены, обняв здоровенный цветочный горшок с пальмой и прижимая щёку к керамике, как к любимой подушке.
— Билл! — рявкнул я, наклоняясь к нему. — Ты какого хрена тут валяешься?
Он приподнял голову, глаза стеклянные, в волосах конфетти.
— Братан! — заорал он так, что перекрыл музыку. — Ты ВИДЕЛ РЕЙН?! Она... она, блять, ТАК танцует! Там все мужики чуть штаны не поснимали! Я думал, там драка начнётся, честно!..
Я вцепился ему в плечо:
— Всё нормально у тебя?
Билл отмахнулся, снова обнял горшок:
— Да норм всё... Ну, вроде... Хотя, я хрен знает... Я отошёл... бухнуть...
— Мы скоро сваливаем отсюда. Будь тут и не вырубайся! — рявкнул я и резко поднялся на ноги.
Я развернулся и пошёл обратно в сторону танцпола. Но стоило мне вернуться — Рейн нигде не было.
Я оглядел толпу, сердце тут же забилось так, что стучало в ушах. Свет бил в глаза. Люди плясали, визжали, кто-то смеялся... Но её нигде.
Я резко двинулся к бару. Там на стуле, покачиваясь из стороны в сторону, сидела Джейн. Она стучала пальцами по стойке и тянулась за очередным шотом.
Я схватил её за плечи так резко, что она чуть не свалилась со стула.
— ГДЕ РЕЙН?! — выкрикнул я ей прямо в лицо.
Джейн распахнула глаза:
— Чё орёшь?! Она... тут была... танцевала же...
— ТЫ ЧТО ЕЁ ОДНУ ОСТАВИЛА?! — взревел я. — Она еле стоит на ногах, ты должна была с ней быть!
Джейн моргала, осознавая, что я говорю, и её лицо постепенно побледнело. Она оглянулась по сторонам, взгляд стал дерганым.
— Она была тут, Том! Я клянусь... Я только на минутку к бару... Она танцевала...
— Где Марко? — выплюнул я, оглядывая толпу.
Джейн резко оглянулась, потом посмотрела на меня, в её голосе дрожала паника:
— Его... его тоже не видно. Том... Том..
Всё во мне вспыхнуло, как бензин на спичке.
Я не сказал больше ни слова. Развернулся и рванул к лестнице, с такой скоростью, что едва не снёс кого-то плечом.
Джейн закричала за спиной:
— ТОМ, ПОДОЖДИ!
Но я не ждал. Я взлетел на второй этаж, перескакивая через две ступеньки. Там коридор, двери в обе стороны. Шум музыки чуть глуше, но всё ещё долбит в висках.
Я подлетел к первой двери и выбил её плечом. Пусто. Пара целуется у окна, заорала, когда я влетел внутрь.
— Извините! — заорал я и вылетел обратно в коридор.
Джейн, задыхаясь, догнала меня и схватилась за стену, чтобы не упасть.
— Том... боже... прости
Я уже рвался к следующей двери. Взмах руки — дверь распахнулась, стукнулась о стену. Там пусто, только одежда раскидана.
Я резко обернулся к Джейн:
— Если с ней хоть что-то случится, я убью его нахуй.
Она всхлипнула и кивнула, зажимая рот рукой.
Я влетел в коридор, распахивая дверь за дверью. Гул басов долбил в череп, но сквозь всё это я слышал только собственное дыхание — хриплое, звериное.
Я снова развернулся и побежал к следующей двери, готовый снести её с петель.
Пусто.
Следующая дверь. Я ухватился за ручку, дёрнул, но она была заперта.
— Чёрт... — прошипел я.
Я отступил на шаг, вцепился обеими руками в ручку и с яростным рывком вбок выбил замок. Дверь распахнулась с треском.
Я ворвался внутрь.
Первое, что ударило в нос — запах спиртного, дешёвых духов и какого-то сладкого кальяна.
Их было двое. Оба вплотную к Рейн. Один держал её за плечи, второй что-то шептал ей в ухо. Она стояла в моём черном худи, наполовину оголенная, босая, волосы разметались по лицу, глаза мутные. Она даже не сразу поняла, что происходит.
Парень у её плеч оглянулся на меня, с ленивой ухмылкой.
— Э, занято тут. Закрой!
Рейн пошатнулась, попыталась что-то сказать, но язык у неё заплетался.
Я почувствовал, как во мне что-то хрустит.
Я сделал шаг вперёд.
— ОТОШЛИ! — заорал я так, что даже музыка внизу будто стихла на секунду.
Rain's pov
Всё вокруг будто плавилось, как в жаре. Голоса звучали то слишком громко, то совсем глухо. Я пыталась моргнуть, стряхнуть этот туман из головы, но всё расплывалось.
Том подлетел к нам в два шага.
— ОТОШЛИ! — заорал он так, что у меня в груди всё дрогнуло.
Марко только хмыкнул:
— Да остынь, брат...
Я даже не успела вскрикнуть — Том рванул вперёд, кулак со свистом рассёк воздух и врезался Марко прямо в челюсть. Раздался сухой хруст.
Марко отлетел назад, врезался спиной в стену, сшибая с полки лампу. Комната озарилась мигающим светом.
— Том... — пролепетала я, но у меня заплясали чёрные пятна перед глазами.
Блондин, что стоял рядом с Марко, взревел и бросился на Тома. Их плечи столкнулись. Том развернулся, но тот уже ударил его в лицо. Я услышала глухой звук удара, как будто кто-то шлёпнул по сырому мясу.
Том чуть отшатнулся, но через секунду его глаза вспыхнули диким огнём. Он рыкнул, как зверь, и вцепился в Марко, сжимая его за воротник, и ударил его кулаком снова и снова.
Марко захрипел, руки беспомощно болтались.
Я медленно сползала вниз по стене. Ноги будто подкашивались. Пол подо мной дрожал. Я опустилась на пол, уронив голову на колени.
Я видела всё будто через толстое стекло. Том бил Марко всё яростнее, лицо и руки Тома были в крови и я не понимала, чья это кровь.
Слёзы катились по моим щекам одна за другой, горячие, но я даже не всхлипывала. Только смотрела, как он бьёт.
— Том... — выдохнула я так тихо, что сама себя едва услышала. — Хватит... пожалуйста...
Джейн упала рядом со мной на колени, схватила меня за плечи.
— Рейн! Боже, ты в порядке?!
Я только мотнула головой, не в силах говорить.
Джейн оглянулась и увидела, что Том уже почти повалил Марко на пол, колотя его снова и снова. Удары были всё яростнее, он не слышал ни криков, ни шума за дверью.
— ТОМ, СТОЙ! — заорала Джейн. Она рванулась к нему, но он даже не обернулся, продолжая лупить Марко в лицо.
Блондин попытался снова вмешаться, но Том оттолкнул его так, что тот врезался в стену.
Джейн оглянулась на меня, в её глазах была паника.
— Том, стой!!! — орала Джейн, пытаясь ухватить его за руку. — БЛИН, ТОМ, ХВАТИТ!
Но Том её не слышал.
Он нависал над Марко, который уже едва пытался прикрыться руками. Лицо Марко было всё в крови, губы распухли, один глаз наливался тёмно-фиолетовым.
— Чёрт... Я... Я позову кого-нибудь!
Джейн резко подорвалась с пола. Глаза бешено метались от Тома к Марко.
— Рейн, сиди тут. Я щас! — выдохнула она и вылетела из комнаты.
И, шатаясь, она выбежала в коридор.
А я осталась сидеть на полу. Слёзы всё текли и текли, а я смотрела на Тома, который бил Марко так, будто хотел стереть его с лица земли.
Том бил его снова и снова, с каждым ударом рыча, как зверь:
— Не. Трогай. Её. Сука. Никогда. Больше! — каждый слог сопровождался коротким, хлёстким ударом.
Через мгновение в дверях вдруг снова появилась Джейн — уже не одна. За ней ввалились двое парней. Один коренастый в белой футболке, второй повыше и худой.
— Эй! Хватит, мужик! — крикнул коренастый и попытался схватить Тома за плечо.
Но Том, как бешеный, рванулся ещё сильнее, оттолкнув парня локтем.
В этот момент блондин, стоявший сбоку, качаясь с бутылкой в руке, что-то невнятно забормотал:
— Да бля... да она сама такая... твоя Рейн... она любит, когда к ней лезут... ебать, ну правда же... — и усмехнулся.
Том застыл. Медленно выпрямился. Развернулся к нему.
— Чё ты сказал? — голос его стал низким, рваным, как рычание.
Блондин, не отводя глаз, поднял бутылку чуть выше.
— Да ну нахер, я говорю, она ж сама такая... танцует тут перед всеми, жопой крутит, и ты ещё за неё лезешь...
Том шагнул к нему, лицо налилось кровью.
— Повтори. — каждое слово было тяжёлое, как выстрел.
Блондин чуть попятился, но всё ещё ухмылялся:
— Да все знают, какая она...
Том бросился вперёд.
— СУКА!!!
Но в ту же секунду худой парень, что пришёл с Джейн, перехватил его, обхватив руками за грудь. Том дёрнулся так, что парень едва устоял на ногах.
— Брат, успокойся! Успокойся! — выкрикнул он, задыхаясь.
Том рычал, вырывался из его хватки. Глаза налились кровью.
— РЕЙН! РЕЙН, ГДЕ ТЫ?! РЕЙН! — орал он так, что у меня сердце остановилось.
Джейн сквозь шум, едва удерживая слёзы, кричала ему в лицо:
— Она тут, Том! Она рядом, она в безопасности! Слышишь?! Она в порядке!!
Но Том, кажется, даже не слышал её. Он продолжал рваться к блондину, который теперь отползал к стене, поднимая руки:
— Да всё, всё, мужик! Я ничего... я пошутил!
Кровь с лица Тома капала на пол. Его губы были в крови. Он трясся от злости.
А я сидела на полу, обхватив себя руками, не в силах пошевелиться, глядя на него через пелену слёз.
И в этот момент я поняла:
«Я перешла границу...»
Я сидела на полу, прижимая к груди дрожащие руки, босая, в мокром нижнем белье и огромном худи Тома. Колени дрожали, как от холода, хотя в комнате стояла духота, пахло потом, алкоголем и кровью.
Слёзы катились по моим щекам одна за другой, солёные, горячие. Я даже не пыталась их вытереть. Всё вокруг плыло, как в тумане, но в голове внезапно прояснилось одно:
Я сделала это сама. Я сама себя сюда привела. Я сама хотела всех этих эмоций, всех этих танцев, взглядов, игр...
А теперь Том стоял передо мной весь в крови — лицо перекошено яростью, руки сжатые в кулаки, грудь тяжело вздымается.
Он орал, рвался вперёд, словно зверь, которого держат цепи.
И всё это — из-за меня.
Я перевела взгляд на блондина, который отползал к стене, бормоча про то, какая я «сама такая». На чужие руки, которые вцепились в Тома, пытаясь его удержать. На Джейн, которая плакала и кричала что-то сквозь музыку и гам.
И мне вдруг захотелось провалиться под землю. Стать невидимой. Исчезнуть.
«Я перешла границу... И теперь всё разрушено.»
Слёзы застилали глаза, а в ушах стучало только одно: громкий, хриплый крик Тома:
— РЕЙН! РЕЙН, ГДЕ ТЫ?!
Я видела его взгляд — в нём была чистая, обжигающая ярость... и страх. Страх потерять меня.
И от этого мне стало так стыдно и больно, что я опустила голову, чувствуя себя крошечной, слабой и сломанной.