Глава 15.

Он уже не просыпался.
Только дыхание. Только редкие моргания.
И почти полное молчание. Сил не было даже на боль. Шэдоу сидел рядом. Не плакал. Плакал раньше. Теперь только гладил холодеющие пальцы. И иногда шептал:
- Я здесь. Я с тобой. Ещё чуть-чуть. До самого конца.
Тейлз заходил с ночными сменами. Наклз приносил горячий чай, но он остывал на столе.
Руж держалась. До момента, пока не увидела его глаза - полупустые, полузабывшие - и не вышла в коридор, чтобы сдержать крик.
Сильвер больше не говорил о будущем. Он просто стоял в углу. Молча. Как будто провожал его уже мысленно. Последним, что Соник прошептал, было:
- ...больно... любить...
Шэдоу наклонился к нему и ответил:
- Я знаю. Но я всё равно выбираю тебя.
Он умер на рассвете. Тихо. Почти незаметно.
Без крика. Без борьбы. Шэдоу заметил это только потому, что в комнате стало странно тихо. Слишком тихо. Даже сердце в груди будто на мгновение остановилось. Он не закричал.
Просто опустил голову на его грудь.
Слушал - тишину. И дышал за двоих.
Через три дня его кремировали. Шэдоу не пришёл на прощание. Он остался дома. Смотрел в точку на стене, где когда-то Соник оставил отпечаток руки. Мелочь. Но теперь - всё, что осталось.
Письмо, которое он так и не отдал:
«Я не знал, как тебя отпустить.
Я держался за тебя, как за жизнь. А ты был жизнью. Прости, если любви было недостаточно. Я всё равно выбрал бы тебя.
Даже если знал бы конец.»
Один кадр. Пустая комната. Кровать застелена.
На подоконнике - старая фотография:
Соник спит, а Шэдоу смотрит на него, как будто боится моргнуть.

Он больше не боится. Потому что смотреть не на кого.

THE END