"Я занят, сестрёнка. Ты, кстати, маме звонила?"

Мисаки, неспешно прогуливаясь по парку (видимо, решила немного отдохнуть от бумажной волокиты), достала телефон и раздраженно пробормотала: "Сома, ты где?" (Опять пропал без вести, как всегда).

Сома, чей голос доносился из трубки, звучал как-то загадочно и неопределенно: "Я занят, сестрёнка. Ты, кстати, маме звонила?" (Наверное, вербует новых членов для своей организации, или просто скрывается от кредиторов).

Мисаки вздохнула (она, кажется, уже привыкла к выходкам брата): "Окей, сейчас позвоню." (Надеюсь, мама хоть не будет ругаться).

В динамике послышался голос мамы Мисаки, который всегда звучал как гром среди ясного неба: "А? Алло? Кто это? Пожарные?" (Опять старые привычки, видимо, мама готовила что-то очень "интересное").

Мисаки, не в силах сдержать смех (редкое явление для неё): "Мама! Ну, опять ты, за своё! Ладно, как ты?"

Мама Мисаки, не унимаясь: "Ладно-ладно, ты мне в последнее время не пишешь и не звонишь уже." (Мама всегда знает, как уколоть).

Мисаки: "Прости..." (Опять чувство вины, ну почему она так любит её подкалывать?).

Мама Мисаки: "Ты звонила когда?" (Как будто она забыла, что уже говорила это).

Мисаки: "Вчера утром..."

Мама Мисаки: "Вот! А вечером?" (Мама никогда не упустит возможность лишний раз напомнить о себе).

Мисаки очень нравилось болтать с ней, даже если та язвила. (Несмотря ни на что, мама всегда оставалась для неё самым близким человеком).