Закулисье

༻✦༺ 　༻✧༺　༻✦༺

Дождь разгулялся ещё до рассвета. Не ливень - обычный осенний дождь, мелкий и упрямый, который сначала просто висит в воздухе сырой дымкой, но потом обнаруживается каплями на рукавах и волосах. Свет фонарей растекался по асфальту длинными жёлтыми пятнами. Машины проносились мимо, оставляя за собой вихри брызг и запах мокрой дороги.

Прохожие всё чаще прятали покрасневшие от холода носы в высокие воротники пальто, прячась под зонтами, которые то и дело выворачивало порывами ветра. Некоторые и правда словно играли в салки с непрекращающимся дождём: перебегали от одного козырька магазина к другому, подпрыгивая на ходу, чтобы не наступить в глубокую лужу.

Лирас стоял у светофора и машинально растирал пальцами переносицу - жест, который стал его второй натурой за три недели непрерывных перегрузок. Глаза слезились не только от холодного ветра: за последние три дня он почти не вылезал из офиса, и теперь на экранчике светофора неторопливый красный человечек казался единственным существом во всём городе, которое тоже никуда не торопится, отсчитывая секунды одну за другой.

Шестьдесят три.

Шестьдесят две.

За спиной кто-то громко смеялся под навесом кофейни. От неё доносился запах крепкого кофе навынос и сладкой выпечки, завлекающе выставленной на витрину.

Чей-то мокрый зонт неосторожно задел плечо, обдав запястье ледяной капелью. Телефон в кармане коротко завибрировал. Лирас мельком взглянул на сообщение и невольно хмыкнул.

«Ты ещё живой?»

«Нет. Пишу тебе с того света.»

Ответ пришёл почти сразу:

«Тогда купи мне пиво по дороге.»

Светофор наконец переключился.

Лирас убрал телефон обратно в карман и пошёл через улицу вместе с остальными людьми. Ветер тут же бросил в лицо холодную морось - мелкую, как пыль, но липкую, словно паутина. Он раздражённо откинул со лба влажную светлую прядь, но через пару секунд та снова упала обратно, прилипнув к виску.

Последние недели были отвратительными. Не катастрофическими. Просто... бесконечными.

Смены наслаивались друг на друга так плотно, что дни давно перестали ощущаться отдельными. Пробуждение затемно. Вызовы. Белый свет приёмного отделения - слепящий, стерильный. Чьи-то крики - хриплые, срывающиеся, иногда просто вой, без слов. Чужая кровь на рукавах - тёмная и липкая, её запах смешивался с запахом антисептика, въевшимся в кожу так сильно, что иногда казалось - даже во сне от него никуда не деться. А потом снова будильник.