4

Прошло некоторое время, Толи несколько часов, Толи несколько десятком минут, Толи меньше, Толи больше, ничего не было непонятно, и ничего не было понятно, люди продолжали проходить мимо, вставляя колкие фразочки, нехорошие высказывания, прямое издевательство, тем что подкидывали мусор под ноги, но это ещё норма, иногда им хватало нагрости, кидать мусор, пустые чашки из под кофе, пластиковые бутылки, огрызки, прямо в Ростислава, иногда буквально швыряя всё это Ростику в лицо, иногда пачкая его волосы, одежду, само лицо, шею. Ростислав испытывал только одно, это, боль, несправедливость, ненависть на всё и всех, проблемы с психикой, и желание покончить собой, при помощи старого кабеля от телевизора.
Время шло, люди то и дело сменялись,  но то что они делали, осталось, уже примерно прошло часа три, четыре, может больше, но даже при ходе времени, ничего не поменялось, кто-то что-то говорил, кто-то что-то выкрикивал, кто-то что-то откровенно орал на всю округу, но не мудрено, люди уходили по домам, кто отдыхать, кто спать чтобы проснутся раньше, кто до жены, кто до детей, кто в общем до семьи, кто до родителей, солнце постепенно уходило окутывая небо кроваво бордовым цветом, Ростислав шол с тяготой, примерно 200 гривнами в кармане, болью на лице, трясущимися руками, дрожащей метлой, его взгляд был пуст, не реагировавшись на внешние факторы, ему было плевать, впервые за всё время, его оптимизм потерялся, пропал среди плохих и ужасных мыслей, его губы потряхиволо, глаза стеклянно пялили асфальтированную дорожку, а из волос выступала мало заметная перхоть. Не смотря на его наклонность к резкому само уничтожению, он не прыгал под редко, проезжающие мимо, машины, он хотел другого, он хотел также как и прижизни, страдать перед смертью, никто о нём незнает, ни кого у него не осталось, он ничего никому не может оставить, так как нету никого кому он мог бы оставить что либо, он наконец спустя минуту, моргнул, будто позволил себе это удовольствие, он не останавливался, шол перешагивая с ноги, на ногу, весело что то бубня под нос, и будто, пытался впервые насладится последним мигом, этого мироздания.
Староватый деревянный забор, затхлых частных домом, менялся на бетонные, кирпичные стены, асфальтированная дорожка на бугристый, каменистый кафель, Ростислав заученно повернул на лево, зайдя в его двор, он смотря на свои ноги, несмотря ни на чего другого, вошол в свой подъезд, и подымаясь по грязных, серых, ступенях подошол по двери своей квартиры, и без колебаний, начал её открывать и вошол во внутрь.
Прошло некоторое время, Ростислав, готовился, хоть он уже не жалел себя, и будто держал на готове, тот грёбаный шнур, но он не мог на это решиться, перебирая все варианты, проблемы если он не сразу закончит, он резко встал с кресла, и направился в коридор, надел лёгкие драные и помотаные жизнью тапочки, открыл входную дверь и вышел, мельком окинув дверь соседской квартиры, не менее стара, чем его, но будто новее, Ростик облакотился на перила, смотря в понорамное окно перед собой, он видел как остатки солнечного света, уходили, как на дворе, начинается кромешная и гробовая тьмы, Ростик не менее интенсивно начал дрыгать своей причёской, будто надеясь что его напряжение спадёт, но ничего не поменялось, вдруг во время этого занятия, прозвучал странный скрежущий, металлический щелчёк, из за двери квартиры, на против Ростика, он резко посмотрел туда но ничего видно не было, но он продолжил стоять смотреть на дверь, не понимая может показалось, а может он уже начал сходить с ума.