ГЛАВА 10.

ГЛАВА 10.

Френки действительно был уникален. В отличии от обычных андроидов, заполнивших за последние сорок лет все ниши в жизни людей, он отличался не только самостоятельностью, но и строением. Даже сканер был не способен распознать в нём человекоподобную машину. Единственное что выдавало его на мониторе контроля это кардиостимулятор на сердце. Но такие имплантаты давно стали нормой. Опять же заслуга корпорации «Ядро Жизни».

Френки человек? Можно сказать и так. Его организм обладал собственной иммунной системой, старательно разбиравшей на атомы даже пули. В жизни Френки станция HNQ8452 была уже третьей. Первой, в пока ещё коротком списке, была околопланетная станция TNQ12777 в системе Пяти Звёзд за Кругом Жизни. Там нашему андроиду не повезло. Пьяный пилот военного корабля открыл пальбу в баре и шальная пуля попала Френки в живот. Пришлось умереть, а пока он лежал в морге, зашёл в систему управления станции и немного подкорректировал информацию о себе. Теперь у Френки появился брат близнец Франсуа. И этот Франсуа прилетел кремировать своего братишку. В общем, прах Френки улетел в открытый космос, а его близнец отчалил с разведывательной экспедицией за Круг Жизни в качестве медика.  Отмотался двадцать лет по диким планетам и вернулся уже снова Френки, но на станцию HNQ6273. Потом, якобы естественно постарев, умер, и уже на HNQ8452 прибыл Френки младший. По документам его сынишка.

Блин, вот это была путаница! Френки близнец, Франсуа, Френки сын и …  я подняла руки вверх, замотав кипящей от информации головой.

- Всё хватит! Мне по-барабану кто ты теперь! Хоть итильский тушканчик! Главное, в мои дела с Дакки не лезь! – завопила я, продолжая мотать башкой.

- Ладно, проехали, - совсем как настоящий мужик почесал он щетину на подбородке. – Мне по-сути до того же места твой интерес к Маятнику. Главное, запомни здесь я человек, Лаки.

Ох, не люблю я повторяться, но Френки пришлось по буквам разъяснить, что его проблемки - сугубо его проблемки. И я не собиралась его выдавать. Пусть дальше каждые тридцать лет скачет по станциям. Благо их за Кругом Жизни миллионы! Там бессмертный человек не привлечет к себе никакого внимания. И среди нас долгожителей нет, ведь на краю галактик людишки мрут с регулярностью мух. Так что разоблачение андроиду не грозит.

Внимательно выслушав меня, Френки улыбнулся.

- Люблю понятливых.

- А я-то как люблю, - многозначно подмигнула я в ответ.

Не, не думайте, что я с ним начала по-новой заигрывать. Просто у меня такая манера общения. Да, и поняли мы друг друга. Наши тайны останутся при нас.

- И всё-таки, как ты раскусила меня? – уже натягивая штаны, спросил Френки. – За столько лет ни одна женщина не догадалась, что спит с андроидом. Знаешь, а были даже и серьезные отношения. Жили вместе.

Я лениво потянувшись в постели, не сразу ответила ему. В сон клонило ужасно, а тут ещё Френки со своими расспросами. И где-то в пограничном состоянии, невнятно пробурчала:

- Ты удовольствие хотя бы на сутки растягивай. И сердце, Френки. Тебя выдало сердце, - зевнула я, запихивая пистолет обратно под подушку.

Когда мы всё выяснили между нами, мне почему-то стало с ним спокойно. Как-то тихо, умиротворённо и уютно. Будто домой вернулась. А, может, просто поняла, что Френки такой же беглец, как и я? Вся наша жизнь бешеные гонки на выживание. И чем дальше мы убежим от прошлого, тем, вероятнее всего, протянем ещё годик другой в этом безумном мире.

- А что с моим сердцем не так?

Задает он вопрос и нависает надо мной, упираясь руками в кровать. Его глаза медленно проползают по моему лицу и останавливаются на губах. Теплое дыхание обжигает мою кожу. Я знала, что Френки хотел сделать. Почувствовала его возбуждение. Я могла достать пистолет и ткнуть ему в лоб. Но вместо этого, притянув ближе к себе, поцеловала.

Френки как-то странно действовал на меня. Вроде знала кто он и всё равно хотела. Прижавшись к нему всем телом, я вдруг ощутила, как сильно бьётся его сердце.

- Ну, а теперь я для тебя человек? – оторвавшись от моих губ, спросил Френки.

- Лучше, - прошептала я.

Я была с андроидом и наслаждалась каждым мгновением в его руках. Впервые мне захотелось остановить время. Но, чёрт возьми, человечество покорило космос, завоевало сотни планет, почти приручило природу, а стрелки часом нам до сих пор неподвластны.
Измождённая его лаской я крепко уснула. И проспала так часов семь, что было мне несвойственно. Обычно мой сон быстрый, тревожный и скорее похож на полудрём. А с Френки я спала… И проспала так ещё минимум часов пять, если бы он не разбудил зовущим шёпотом.

- Лаки… Лаки… просыпайся.

Я промычала и откатилась от него. Так сладко спалось, что возвращаться в реальность хотелось меньше всего.

- Лаки, - снова позвал он, убирая с лица пряди волос. – Лаки, Маятник здесь.

- Что?!

Подрываюсь я на постели. Не думала, что Дакки так быстро явится. По моим подсчётам главный бандюган круга Жизни должен был прискакать часов так через тридцать. Но, похоже, не так уж и недалеко у него были дела.

- Не суетись, - спокойно говорит Френки.

А у меня уже глаза бегаю по комнате в поисках чем бы уровнять наше с Дакки партнёрство. Заметив моё беспокойство, андроид продолжил в ещё более умиротворённом тоне.

- Дакки только прибыл и у нас есть минут двадцать, чтобы всё обдумать.

- Нас? Обдумать? – вскидываю брови в удивлении. – С каких это пор я вдруг стала мы? Гранату мою верни.

- Мы с тех пор как переспали, и граната твоя бесполезна. Маятник будет принимать тебя в своём кабинете, а там стоит новейшая защита, блокирующая абсолютно всё. Ты хоть молотком по ней стучи не взорвётся. Ясно?

- Во-первых, секс для меня сомнительный аргумент в определении «нас», как пары, а во-вторых, про кабинет это просто жопа!

Ну, а осведомленность бармена в делах Маятника теперь для меня не было секретом. Френки андроид и легко входил в систему управления станции.

С гранатой вышел, конечно, облом и это меня расстроило. Теперь на равных торговаться с Дакки было проблематично. Хороший процент от нашей с ним сделки таял со скоростью света.

Ладно, граната бесполезна, а как насчёт пистолета?  Вполне ожидаемый вопрос в моём мозгу заставил подтянуться рукой под подушку. Но хитрая улыбка Френки чуть притормозила мои порывы. 

- Ну, что за подвох? – пробубнила я. – Пистолет тоже отпадает?

- Лаки, Маятник не дурак. Ты к нему на пушечный выстрел ни с каким оружием не подойдёшь. Тебя Дыма обыщет, и в этот раз тщательно. Так что гранаты, пистолеты и ножи отпадают.

- Вот спасибо! Поддержал! – психанула я, схватившись руками за голову. – Тогда взорву прямо сейчас эту станцию и нас вместе с ней!

- Зачем?

- Как зачем?! – удивляюсь. – Чтобы по галактикам не чесали языки, что Лаки убил какой-то Дакки Маятник. Пусть лучше кричат, как я разнесла к чертям собачьим целую станцию с барыгой Дакки.

- Хорошо, ну прославишься ты как ни кем непобежденная Лаки. И что дальше?  О себе ведь на том свете дифирамбы не послушаешь, - уже усевшись на кровати, сказал Френки.

- За то на этом запомнят, - буркнула я.

Помирать молодой мне, конечно, не хотелось. Да, я и не собиралась. Это на самый крайний случай, когда все варианты спасения исчерпаю. Но с другой стороны, а чего я паниковала? Дакки Маятник человек деловой, не то что его сброд. И вряд ли ему выгодно моё устранение. Нет, скорее всего, местный босс предпочёл бы со мной договориться и заработать несколько тысяч красных кредитов, а потом уже сдать федералам или дядюшке. Так что, пока я не заключила сделку с Дакки, моя безопасность была гарантирована его вселенской жадностью. А это давало мне минимум сутки форы, чтобы слинять со свистом с этой чертовой станции.

- И это есть твой план? Взорвать станцию в случае провала переговоров? – снова улыбается Френки, хитренько наблюдая за мной.

- План будет походу дела.

- Ну, раз твой будет походу дела, то мой уже готов, - и опрокидывает меня обратно спиной на кровать. – А пока у нас есть двадцать минут и давай потратим их с пользой.

Можно было в качестве протеста заехать коленом по его искусственным яйцам, но я подумала: «В $опу Дакки! С такой везучей стервой ему никогда не совладать!», и в ответ обняла Френки.

Мужская харизма в нём прям зашкаливала! Вроде андроид, но, чёрт возьми, уж слишком человек.