8

На черновой бумаге в клетку появляются заветный строки, которые выражают то, что я чувствую. Отлично рифмуются. Пополню свою библиотеку новым стихом

«Нет дня, чтоб я не думал о тебе,
Нет часа, чтоб тебя я не желал.
Проклятие невидящей судьбе,
Мудрец сказал, что мир постыдно мал.

Постыдно мал и тесен для мечты,
И все же ты далеко от меня.
О, боль моя! Желанна мне лишь ты,
Я жажду новой боли и огня!»

Я не заметил, как минуты две назад прозвенел звонок с пары. Дома нужно будет подкорректировать знаки препинания и некоторые слова для более точного выражения мысли. Вышел из аудитории и вспомнил, что оставил там тетрадь со стихами. Придётся возвращаться. Я приоткрыл дверь.

- Константин Игнатьевич, а можно исправить четвëрку за работу? Спросите меня любую тему по менеджменту. Я всё знаю, - говорит Валя, а напротив неё стоит препод.

- Валечка, мне кажется, ты взрослая девочка и должна понимать, что такие вопросы решаются не просто так, - тянет Константин Игнатьевич.

- Но у меня нет денег, Константин Игнатьевич, - бубнит Валя.

- Совсем не обязательно заработать на оценку деньгами. Можно, например, натурой. Ты очень привлекательно сегодня выглядишь. Тебе идёт эта юбка и свитерок, - он подходит к ней вплотную и прижимает её к парте на первом ряду.

- Что вы делаете? Отпустите, - Валя пытается его оттолкнуть.

- Не рыпайся. Тебе даже понравится. Вон Алиске с вашего курса очень нравится. Она часто ко мне просто так захаживает, - он резко поднимает её юбку и начинает снимать свитер. Я врываюсь в аудиторию, кидаю на пол тонкий рюкзак и отталкиваю препода от Вали. Она быстро поправляет одежду и прячется у меня за спиной.

- Что вы себе позволяете? Какой вы преподаватель, если так учите девушек? Либо вы исправляете ей оценку на пять и все последующие оценки будут на балл выше, или же мы идём к декану. Вас увольняют по статье, и Алиска больше не будет к вам бегать, - говорю я. Чувствую, как руки Вали касаются моей спины, а лбом она упирается в лопатки.

- Ох, Валентина, подставили вы меня. Хорошо, товарищ Кораблин, - он затягивает ремень на брюках. - Ваша зачётка, Валентина? - я повернулся к Вале.

- Валь, давай зачётку. Где она? - Валя пытается что-то сказать, но у неё ничего не выходит. Она лишь кивает на сумку. Я беру чёрную кожаную вещь и достаю зачётку Вали. - Держите, - протягиваю ему, и он исправляет четыре на красивую пять, а рядом подправляет подпись.

Я забираю зачётку и сумку, а второй рукой беру Валю за руку. Мы выходим из аудитории, я оставляю в её руках все вещи и поспешно выхожу. Точно. Так тетрадь и не взял. Возвратился в аудиторию за тетрадью и теперь окончательно вышел. На лестнице встретился с Валей, она медленно спускалась по ступенькам, опираясь на стену. И в один момент, опустившись с последней ступеньки, начинает медленно падать. Сам не понял как, но я тут же оказался рядом с ней, наверно, перепрыгивая по пять ступенек. Поймал.

В медпункте было свободно. Уложив Валю на кушетку, застеленную белой простынëй, медсестра намочила ватку нашатырным спиртом и поднесла к её носу. Она мило поморщила носиком и тут же очнулась.

- Так, дорогуша. Ты пока лежи. Ела давно? - спрашивает медсестра, щупая её живот. - Месячные регулярные? Задержки нет? - Валя переводит взгляд с неё на меня, и я понимаю, что она стесняется. - Не думаю, что твой молодой человек ужасно к этому относится. Он у тебя герой, вовремя подоспел, а то травмы головы нам ещё не хватало.

- Регулярные, задержки нет.

- А еда? Когда ты последний раз ела?

- Дня два или три назад, - тихо признаётся она и отворачивает голову, чтобы на неё никто не смотрел. - На завтрак только чай пила, а потом воду и сок, иногда.

- Так. Понятно. Что ж, Егор, нужен покой и хороший жирный ужин. Я надеюсь, ты сможешь проводить её до дома, чтобы нам не вызывать родителей?

- Да, конечно. Спасибо вам. Валь, аккуратно поднимайся, - она мотает головой, но через несколько секунд осторожно встаёт, слегка пошатываясь. Я её подхватываю под талию, перенимая сумку к себе в руку.

Выйдя из университета, мы направляемся к моей машине. Ветер разыгрался не на шутку. А она в юбке.

- Не холодно? Как тебя только ветром не сдуло, - говорю я, открывая ей дверь машины. Валя молча садится, и в гробовой тишине я везу её домой. - Приехали. Вроде ты здесь живёшь. Я не очень помню, - она выглядывает в окно и кивает.

- Спасибо, - всё, что вымолвила Валя, перед тем, как выйти из машины. Но далеко она не отходит. Медлит. И заглядывает в окна на своём этаже, в которых горит свет. Я тоже выхожу на улицу.

- Почему домой не идёшь? - спрашиваю я, подойдя к ней ближе. Ветер раздувает её распущенные, немного спутавшиеся, блестящие волосы. Она медленно поворачивает голову ко мне.

- Не хочу, - Валя закрывает лицо руками и начинает плакать.

- Что случилось? - спрашиваю я, подойдя совсем близко, что между нашими лицами оставалось бы пару сантиметров, когда она подняла бы голову.

- Проблемы. Одни проблемы. Мать меня не любит, а у отца инфаркт случился пару дней назад. Только он меня понимал, только благодаря ему я жила, а теперь, что мне там делать? Мать выгонит меня из дома на совсем.

- Тише, - я прижимаю её к себе. - Поехали ко мне. Тебя нужно как следует откормить.