часть 2

Он осторожно провел меня в эту большую комнату. Интерьер был очень современным и минималистичным, но холодный вид внушал страх. Феликс заметил, что у меня дрожат ноги, посмотрел на меня так, будто ему было больно, и указал на стул перед нами, попросив меня сесть.
Я уже садилась, убежденная его мягкостью, когда вдруг сверху раздался громкий голос:

Хёнджин: ВСТАВАЙ!

Голос заставил меня вздрогнуть. Феликс почувствовал себя виноватым и опустил голову, и я тут же в страхе поднялась.
Одна из ступенек медленно спускалась вниз. Когда я посмотрела ему в глаза, я почувствовала себя беспомощной оленихой перед охотником. Когда он приблизился, я отступила. Он с силой бросил стакан, который держал в руке, на пол, и осколки стекла разлетелись у меня под ногами.

Хёнджин: Иди сюда

Хёнджин просто хотел, чтобы я его послушала. Я спросила дрожащим от страха голосом:

С/А: Что ты от меня хочешь?

Хёнджин стоял прямо передо мной, на его лице появилась холодная улыбка:

Хёнджин: Ты? Хмм... Ты. То есть, теперь ты моя, каждая клеточка твоего тела, твоя жизнь, все твои чувства — мои.

В этот момент Феликс крепко сжал кулак, он тоже понимал, что не должен был оставлять такую ​​невинную девушку, как ты, в руках такого, как Хёнджин.

~S/A~

Я в страхе смотрела в землю. Чего эти люди от меня хотят? Что я им сделаю? Внезапно Хёнджин крепко схватил меня за подбородок и поднял голову. Его холодный взгляд заморозил мне кровь. Хотя это действие причинило боль и страх моему сердцу, здесь некому было меня защитить.
Феликс не смотрел на Хёнджина, не смея встретиться с ним взглядом. Хёнджин насмешливо рассмеялся, подошёл к Феликсу и положил руку ему на плечо:

Хёнджин: Маладес... Я знал, что могу тебе доверять.

Феликс нежно погладил меня по голове.
В тот момент я посмотрела на Феликса с тяжёлым чувством тоски. То есть, эта его неведомая близость не имела смысла.

Моё сердце сжалось от боли, когда я почувствовала, как острые предметы вонзились мне в ноги. Осколки стекла, пронзившие мои ноги, кровоточили из порезов на мраморном полу.

С/А: О! Мои ноги... — закричала я.

Слёзы текли из моих глаз.

Хёнджин посмотрел на меня с презрением и насмешливо рассмеялся:

Хёнджин: Ой... Что случилось? Так больно?