часть 40
Хёнджин: «Сука... ты сама напросилась».
Едва договорив, он одним рывком сорвал майку. Все шрамы на его теле — следы прошлых войн мафии — обнажились, хищно поблескивая в полумраке.
Когда Хёнджин навис надо мной, мои пальцы начали дрожать. Каждое его прикосновение заставляло моё тело содрогаться, а ноющая пульсация в моём нежном лоне с каждой секундой всё сильнее сковывала меня этим необычайным чувством.
Зажав мои губы между своих, он ловко, словно ненужную ветошь, стягивал с меня одежду.
Я начала пугаться — его движения становились всё более резкими и властными. И это была моя вина... я сама его возбудила. «Дура, — ругала я себя, — зачем ты лизала его шею, будто у тебя есть хоть какой-то опыт?»
Как мне теперь его успокоить?
На мне остались только бюстгальтер и мини-шорты, когда ладони Хёнджина скользнули по моей спине к застёжке лифчика.
Нет, я должна была его притормозить.
Я прижала пальцы к его влажным губам. Он, кажется, опешил — в его глазах на мгновение промелькнула пустота. Не зная, что делать, я попыталась вспомнить сцены из короткометражек.
С/А: Хёнджин, мы можем... немного помедленнее? Просто это мой первый раз...
Я сказала это, водя пальцем по его губам. Не верится, но это сработало: на его лице расцвела улыбка.
Неужели мои слова имеют такую силу?
Пока мои глаза дрожали от волнения, Хёнджин одним резким движением сменил наши позиции. Он уложил меня на кровать, а затем усадил сверху на своё пульсирующее мужское естество, заставив меня широко раздвинуть ноги. Между нашей наготой осталась лишь тонкая преграда из ткани, готовая вот-вот порваться, а я опиралась руками о его крепкие плечи.
Хёнджин: «Хорошо, птичка моя, тогда начнём не спеша».
Я чувствовала биение каждой жилки на его налившемся члене сквозь ткань, и втайне молила Бога, чтобы он не заметил, насколько сильно промокло моё лоно.
Он прижал руку к моей талии и потянул к себе — наши груди столкнулись, и я невольно, медленно потерлась своей влажной щелочкой о его пах.
Хёнджин: «Сможешь продолжить сама или мне взять всё в свои руки?»
Его дыхание обжигало моё лицо, а стук сердца эхом отдавался в моей груди. Я посмотрела в его глаза — для него этот взгляд был желанным, для меня — странным и новым.
Я медленно наклонилась, захватила его губы ртом и начала их посасывать, лаская его затылок.
Я могла бы остановиться, но сама приглашала его в эту опасную игру.