Глава 2. Дебют*.
Попрощаться с Бриджит пришли только друзья и самые близкие из новых знакомых. Для камерной церемонии арендовали специальную гостиную в похоронном бюро. Гроб утопал в свежих цветах и прозрачной тишине, а тело девушки благодаря макияжу выглядело настолько живым, что заставляло суеверно себя опасаться. Но это было глупо.
Также глупо, как пытаться сказать сейчас что-то правильное и стóящее.
Также глупо, как будущее, в котором надо привыкать жить без члена семьи.
Процессия двинулась на кладбище вереницей одинаковых чёрных машин, возглавляемых катафалком. Одарённые действовали по инерции, соблюдая традиции принявшего их общества, а сами находились в эмоциональном ступоре. Как кто-то из них мог убить бывшего напарника? Как кто-то из них мог принести людям столько горя? Шок треногой распирал сознание, облачая одарённых в тесный чёрный цвет. Всё происходящее было неправильным. Всё происходящее давило на грудь и стискивало горло, а виноватых с поличным никто не поймал.
Мередит хотела предложить Орвиллу пропустить погребение, но не решилась произнести мысль вслух. Находиться на кладбище для него было жестоко, но и отсутствовать здесь он бы тоже не смог. Мередит это понимала, как понимал каждый из товарищей, с тревогой посматривающих на Орвилла. Казалось, что парень вот-вот развалится. Что любое следующее действие - шаг, вдох, забрасывание гроба комьями земли, возложение цветов - окажется для него непосильным, и он переломится пополам!.. Но Орвилл держался... Не известно откуда черпая силы.
Миссис Абигейл Фрост последней опустила на могилу букет белых роз и, взяв мистера Гилроя под руку, направилась с ним к припаркованным автомобилям. Никто никого не торопил и не задерживал, но у надгробия подруги, не сговариваясь заранее, осталось четверо.
- Он не предсказуем, - произнёс тихо Милош, - Я не разрешал вам вступать с ним в открытую борьбу потому, что не знал, как выйти из неё победителями.
Катра и Нэри (чью травмированную руку поддерживала перевязь, а половину лица скрывал толстый слой марли) молча смотрели на мраморную плиту с дорогим для них именем и двумя датами, стоящими по времени слишком близко друг к другу.
- Я знаю каждый ваш аргумент за активные действия против него... - продолжал красноволосый, - ...но ни у нас, ни у кого-нибудь ещё нет для них средств. Впредь, если я что-то запрещаю, значит вы этого не делаете. Возможно не соглашаетесь, но тем не менее не делаете.