Еще не совсем влюбленные Наташа и Гриша

Наташа была, если честно, в бешенстве. Просто в ярости. Она могла понять стремление комиссара заполучить человека, знающего медицину – честно могла, – но доверять ему жизни... А особенно жизнь ни в чем не повинной больной девочки – нет, определенно нет, никогда. И даже она об этом не сразу узнала. Вот же Зло.

Женщина почти что бежит по протоптанным дорожкам к только отстроенной лечебнице. Даже не пряталась – ее принято бояться без всех этих трюков. Она может, конечно, но ей было не за чем.

Она открывает дверь, чуть ли не ударяя ей по стене, ожидая увидеть что угодно, кроме доброго доктора, которым этот Григорий притворялся, каким-то образов задобрив комиссара, ко всем относящегося с осторожным подозрением.

И остановилась на пороге. Девочка спала в кровати, укрытая одеялом почти под самую макушку. А рядом, на стуле, согнувшись почти пополам, уснул мужчина, держа ее за руку. Наташа знала, что эта милая валькирия с талантом боевитой лисицы до ужаса боится темноты. Сама несколько раз успокаивала девочку, выглядя при этом примерно так же, по долгу гладя дитятко по волосам. Только она садилась на кровать рядом, а не на стул рядом с кроватью.

Женщина громко вздохнула, поджав губы. Надо бы с таким же ярым запалом подойти, да вытолкать этого мужчину куда подальше, да чтобы ни одного ребенка больше рукой не тронул, но...

– Доктор, – Наташа все же подошла, толкнув мужчину в плечо. Тот, правда, не сразу открыл глаза. Просыпаться тот хотел не сильно, но, все же, поднял взгляд темных глаз, сонно щурясь. – Завтрак пропустите.

– Какой завтрак? – Наташа подумала, что все еще хуже, чем она ожидала.

– Я тебе второй раз греть не буду. Вставай, пока еще теплое. Ей я бульон уже поставила вариться отдельно.

Этому идиоту-повстанцу понадобилось еще несколько секунд, прежде чем тот, видимо, смог осознать пару простых слов, сказанных ему. Только думал он все равно тяжко, посмотрев теперь уже на девочку.

– Если она переспит, то потом ей будет еще хуже. Буди ее и веди в таверну, – вздохнула Наташа, закатывая глаза. – Быстрее, Доктор. Начинаешь давить на нервы.