22 глава (Изабелла)
Роман насвистывает.
Почему он насвистывает?
Он ведет себя так, словно поджог двух изуродованных тел для него повседневная рутинная работа. Он без колебаний сфотографировал их удостоверения личности, украл наличку и какие-то карточки со скидками, а затем облил тела бензином. И все это время насвистывал.
Я до сих пор чувствую холодное дуло, прижатое к виску, и то, как рука мужчины обвилась вокруг моей шеи. Предохранитель сработал за секунду до того, как другой мужчина упал. Щелк. Звук в моего голове воспроизводится на повторе.
Когда Микки нажал на курок, я подумала, что мне конец. Была уверена, что тот человек скажет «око за око» и лишит меня жизни.
Наверное, я должна считать себя счастливицей, что человек, который нашел меня в ванной, придерживался какого-то правила «не бить женщин», потому что поначалу он был нежен, пока не отшвырнул меня в сторону.
Не так уж и агрессивно, но тем не менее, было больно.
В тот момент, когда он вошел в ванную, я замерла. Мой порыв к борьбе исчез, и я сразу захныкала, когда он направил пистолет. Я думала, что стала лучше. Сильнее.
Это унизительно, выбивает из колеи и немного успокаивает то, что Роман совершенно спокойно совершил несколько уголовных преступлений после того, как чуть не умер. Кажется, я понемногу начинаю сходить с ума. За последние семьдесят два часа я видела столько крови, сколько не видела за всю жизнь.
О господи. Неужели прошло всего три дня?
Мне нужно негодовать из-за того, что я становлюсь прежней Беллой, которая бегала за ним и прыгала, когда он говорил «прыгай». Но я хотя бы спорю с ним иногда, это ведь должно что-то значить?
Надеюсь.
Я сдерживаю дрожь при каждом шаге по дому. Теперь понимаю, что все имели в виду, говоря о том, что ходить после первого секса больно. Такое чувство, что у меня внутри все перестроилось, и все мои бедные женские части тела пульсируют. Больно и приятно одновременно. С одной стороны, я не хочу, чтобы это повторилось, но с другой, хочу, чтобы это происходило ежедневно.
Свист прекращается, сменяясь пением. Боже милостивый, теперь он поет «Another One Bites the Dust», принимая ванну. Почему он не испытывает еще большего стресса из-за сложившейся ситуации? Могут прийти еще какие-нибудь мужики. Кто знает, может быть, в следующий раз нам так не повезет.
Я двигаюсь быстрее, чем когда-либо в своей жизни, упаковываю в сумки самую необходимую одежду, еду, одеяла, полотенца, основные принадлежности. Господи, что еще может понадобиться, когда убегаешь от преступников и закона?