10 May

Когда пришел Кай, тело Дженнифер уже остыло. Я всячески подталкивала себя к тому, чтобы взять Дженни и перетащить куда-нибудь в более укромное место вроде каморки для швабр под лестницей, но касаться ее было выше моих сил. Я просто сидела на полу рядом и, не сводя немигающих глаз с неподвижной девушки, чья фосфорно-белая кожа медленно приобретала многозначительную синеву, пыталась переварить случившиеся.

Я убила человека.

Нет, хуже...

Я убила ведьму из своего ковена, что карается пожизненным изгнанием.

Я убила девушку, влюбленную в моего брата, лучшую ученицу нашего отца Джошуа.

Я убила всеобщую любимицу Дженнифер.

Я просто убила.

«Вы оба выродки. Ты и Кай».

Я - такая же как он. И если раньше я стремилась к ощущению нашей схожести и связи, то сейчас же, осознав, что не менее безумна, поняла, насколько мне страшно.

И в тот самый момент открылась дверь.

- Одри, ты дома? - Кай сбросил на вешалку утепленный джемпер, который ему пришлось надеть в связи с тем, что майская погода резко и внезапно ухудшилась.

Говорят, это было вызвано грядущим затмением - редчайшим явлением, которое будет видно в целых двенадцати штатах к завтрашнему полудню. Хотя, честно сказать, погода и уличный холод волновали меня в тот момент меньше всего.

Хотя, нет...

Меня волновало сразу все и одновременно ничего. Словно опустевший стеклянный сосуд, я впервые не могла разобрать, где заканчиваюсь я, и начинается мое отчаяние.

Я и есть отчаяние.

Я - убийца.

- Одри?..

Пронзительный скрип деревянных половиц под тяжелыми ботинками Кая - и его голос внезапно сорвался, а шаги смолкли. Даже не отрывая глаз от Дженни и не следя за братом, я поняла, что он стоит в дверном проходе и, замерев, разглядывает раскинувшиеся перед ним следы битвы, что раз и навсегда проиграла Дженнифер Голд.

Наверно, в тот момент мне стоило радоваться, ведь вместо Кая домой мог заявиться наш отец, освободившийся раньше положенного времени... Но я не радовалась. Вообще ничего не чувствовала. А потому даже не хотела смотреть на Кая, боясь, что и в тот момент ничего не испытаю... Или наоборот испытаю так много всего, что просто не смогу вынести.

Кай молча сбросил рюкзак на диван и, не говоря ни слова, подошел ближе. Снова заскрипели половицы - он тихо опустился на пол рядом, подогнув ноги, а затем шумно вздохнул.