Глава 21. Не очень веселая история о том, как Аро Вольтури словил гиперфикс.

Эдвард стоял впереди, прижимая меня своей спиной к стене, напряжённый, словно натянутая тетива. Когда же заговорил, голос был ровным, но я отчетливо слышала дрожь, которую мог заметить только тот, кто знал его слишком хорошо.

— Приветствую вас снова, господа, — спокойным низким тембром произнес Эдвард. Золотистые глаза незначительно сузились.

Высокая фигура едва заметно склонила голову. Голос, глубокий и холодный, прорезал пространство между нами:

— Нам следовало бы продолжить беседу в более подходящем месте.

— Сомневаюсь, что это необходимо, — голос Эдварда обнажил сталь.

Вторая фигура, которая была чуть ниже ростом, но выглядела не менее угрожающей, сделала едва заметный шаг вперёд.

— Феликс лишь хотел указать на близость солнца. Нам стоит поискать укрытие получше.

Я отлично помнила кто такой Феликс — громила из Вольтури, который часто выступал в роли палача. Ноги тут же стали ватными. Ощущение нереальности происходящего, которое преследовало меня весь последний год, мгновенно испарилось. Меня парализовало от страха; пришло отчётливое понимание: всё это происходит наяву. Внутренний голос кричал бежать, но тело оставалось неподвижным. Бегство во всяком случае не имело никакого смысла.

Эдвард обернулся ко мне, его лицо оставалось непроницаемым, но я чувствовала его слишком хорошо. Он сам был напуган не меньше меня.

— Возвращайся на праздник, подожди меня там.

Естественно, отпускать меня никто не собирался. Это было очевидно, прозаично, и просто изначально понятно. Я просто стояла и с ужасом ожидала того, что будет дальше.

— Девушка идёт с нами, — раздался голос Феликса. А я и не ждала услышать что-то другое.

Сердце сорвалось в пропасть. Страшное пророчество сбывалось, как кошмар, который я тщетно пыталась от себя отогнать слишком долгое время.

— Я так не думаю, — Эдвард сделал шаг назад ко мне, его спина напряглась, будто тот готовился к удару.

— Аро хотел бы снова поговорить с тобой, — мягко, но безапелляционно добавила вторая фигура в плаще.

Холодный пот пробежался по спине от произнесенного имени. Я боялась этого почти больше всего, а сейчас окончательно почувствовала неотвратимость предстоящей встречи. Страх скручивал внутренности, сжимая их противным ледяным кулаком.

— Разумеется, — голос Эдварда был обманчиво спокоен. — Но девушку вы отпустите.

— Боюсь, это невозможно. У нас есть правила, и мы должны им подчиняться.

— Тогда, боюсь, я не смогу принять ваше приглашение, — Эдвард оставался напряженным, будто был готов в любую секунду броситься на аровских псов.