Столько лет! Столько лет! Где тебя носило?
И вновь ненавистное тёмное утро. Опять нужно вставать и, сопровождаемым головными болями, идти на работу. Вновь время требует покинуть уютные объятия постели и вступать в отвратительное общество. Тейлор попытался нашарить свой мобильный телефон под подушкой но, к его великому удивлению, телефона не было. Из-за отсутствия телефона, он не мог сориентироваться, но было предчувствие того, что он явно опаздывает. Поэтому, Тейлор решил поторопиться. И вновь сбор впопыхах. Как ни странно, но мужчина больше не чувствовал урчащих просьб желудка, молящего о еде. Тейлор вновь схватил пальто и ринулся в тёмный подъезд. На его удивление, но бежал он достаточно медленно, а прыжки с последних двух ступеней вовсе отдавались дикой болью в ногах. Он словно тонул в болоте, когда переходил на бег. Подъезд был полностью тёмным. Не было ни света подъездных лампочек, ни даже свет проезжающих машин, не пробирался в это кромешную мглу. А лестница всё никак не заканчивалась. Пробегая уже девятый этаж, столько насчитал Тейлор, он услышал ещё одни шаги. Они доносились сверху, и были медленны и неуклюжи. Казалась, будто выпивший немало алкоголя человек, пытается спуститься. Тейлора охватила внезапная паника. Сердцебиение участилось, дыхание стало чаще, злость накатывала и ошпаривающим потоком разливалась по венам, а на глазах выступили блестящие слёзы страха и злости. Он был готов на месте убить неизвестного ему противника. А шаги, словно поезд, неумолимо но медленно приближались. Источник шагов находился уже этажом выше от Тейлора. Прислушавшись лучше, он понял, что не слышит ни стука каблуков, ни естественных для подошвы стука, из чего сделал вывод, что спускающийся по лестнице человек был босой. Это ещё сильнее озадачило канадца. К шагам прибавились булькающие и хрипящие звуки. Наконец, объект издаваемых шагов встал на лестничной клетке перед лестницей. Были видны лишь босые синие лодыжки, на которых постоянно падала непонятная мутноватая жидкость. Каждая капля отдавалась эхом в тёмном подъезде. Однако обладателя ног не было видно лишь тёмный силуэт стоял на лестнице. Вновь что-то прохрипев фигура двинулась на Тейлора. Мужчина начал медленно спускаться, дабы не вызвать резких действий у силуэта. Тейлора начал задыхаться, ком страха и слёз застрял в горле, блокируя любую попытку заорать. Его мозг кричал и убеждал в абсурдности ситуации, но всё действительно происходило и никуда нельзя было деться. А силуэт всё приближался и приближался. Тут в окно подъезда на секунду заглянул свет фар, но этого момента хватило, чтоб разглядеть и, к своему ужасу, узнать преследователя. На лестнице, пошатываясь, стояла невысокая женщина. Её короткие тёмно-русые волосы были спутаны. Кожа была покрыта язвами из которых иногда выглядывали опарыши, но быстро ныряли обратно, поедать плоть трупа. Когда-то нежно-бирюзовый халат был в багровых пятнах запёкшейся крови и в налипших комьях земли. Мутные глаза женщины пронзали Тейлора. Белые, бескровные губы постоянно двигались, пытаясь что-то говорить. Из открывающегося рта лезли те же опарыши и та самая жидкость, стекающая на пол подъезда. Тейлор прекрасно знал кто это. Он сдавленно и тихо спросил: "Кира?" Это действительно была она. Его одноклассница и школьная подруга стояла тут. Глядя на него рыбьими мутными глазами, она что-то говорила. Мужчина решил быстрее убраться подальше. Ведь Кира не должна, не могла стоять тут, так как Тейлор собственноручно отравил её и всё её многочисленное семейство. Он стал потихоньку опускать ногу на следующую ступеньку, женщина заметив это, раскрыла свою чёрную бездонную пасть так, что её нижняя челюсть касалась ключницы. Глаза одноклассницы закатились и она одним рывком, перепрыгнув ступеньки, будто хищник, сбросила мужчину на противоположную часть лестничной площадки. Тейлор лёжа на холодном бетоне видел, как его, когда-то самая любимая подруга, тянет свои синюшные руки с фиолетовыми ногтями к его горлу. Мужчина попытался отбиваться, но руки мертвяка были тверды, будто камень и неумолимо приближались. Тогда от отчаяния, Тейлор вцепился в руки нападающей и впившись ногтями в мертвенно синюю кожу, содрал несколько полос этой самой кожи. Чудовище заверещало, но Тейлор продолжал сдирать кожу Киры. Область под ногтями сильно болела, казалось, он вот-вот сдерёт и свои ногти, однако он продолжал. В попытках остановить жертву, Кира со всей силы приложила мужчину об бетон. Голова отозвалась сильной болью и Тейлор проснулся. По лбу катился градом холодный пот. Руки и ноги била дрожь, зубы стучали и сердце было готово разбить грудную клетку изнутри. Затылок болел, а фаланги пальцев ныли. Во время того, как Кира его пыталась растерзать, он стукнулся затылком об изголовье кровати, а попытки содрать кожу с женщины были очередеыми попытками содрать обои. Между подушечек пальцев и ногтями, алела кровь. Тейлор выдохнув, найдя явлениям в своём кошмаре логическое объяснение. Однако осадок оставленный кошмаром не покидал его. Тейлор запустил руку под подушку, и к своему счастью нащупал телефон. Яркий экран мобильника, слепящий глаза, показывал три часа ночи.