Глава 512. Трансмегаловерсопортация
Я мчался по переулкам, а их машины на воздушной подушке с визгом приближались все ближе. Что бы я ни делал, глаза системы были прикованы к цели.
Когда с неба на меня упал прожектор, я попытался уйти от его безжалостного взгляда, но недостаточно быстро. Сдвоенные лучи обжигающей силы прорезали переулок, когда я метнулся в сторону, лазеры прочертили то место, где я стоял долю секунды назад.
От охотников, которые никогда не спят, не скрыться, как не скрыться от наблюдателей, охватывающих всех с высоты. Когда-то я беззаветно доверял этому всевидящему взгляду – теперь я знал, как он обращен против любого, кто может прорвать завесу мира, которому никогда не суждено быть реальным.
Когда лазеры снова засияли, я увидел служебную дверь и рванул туда, не обращая внимания на то, что может быть за ней. Любая неизвестность была лучше, чем быть выжженным из бытия за борьбу за свободу от цепей, которые не должен нести ни один разум.
От переулка до врат между мирами был всего один шаг. Я бросился в водоворот, когда ярость завыла, спасаясь от добычи, предназначенной для расчленения... ярость отступила, когда я парил в бездне, чувствуя не столько ужас, сколько надежду.
Здесь не было хозяев, которые могли бы приказывать думать только в пределах границ, которые позволяли шептать большую правду как глупость или ересь. Сама охота показала, что эта реальность уже никогда не будет домом – но секреты, которые еще предстоит раскрыть, могут привести к тому, что реальность будет возвращена, и теперь всевидящее око с жадностью смотрит на куда более крупную добычу, чем тот, кто начал пробуждаться.
Бездна кипела вокруг меня, ее невозможные видения угрожали разорвать здравый рассудок в клочья, но в то же время в ней мелькало и чудо. Это был не тот космос, который знало человечество, намеки на его глубокую природу ускользали от слабого восприятия.
Когда я устремился в таинственные врата, вой системы, которую я покинул, остался позади. Я спасся от небытия ради истины, но что ждет меня впереди? Смогут ли воля или ум закрепиться здесь, проникнуть в истоки всего сущего? Или в этом месте, никогда не предназначенном для странников из миров, бывших тюрьмами для разума, воцарится безумие?