Глава 7 (Она). С привкусом наглости

После возвращения в номер я забежала в душ и переоделась, но все действия сопровождала тягучая и душная глыба мыслей. Она перекрывала все остальные, мешала нормально вдыхать. Я ответила на сообщения, подошла к окну, отошла от него, обвела взглядом каждую деталь комнаты, но мысли продолжали культивироваться, образовывая ещё больший ком.
Телефон завибрировал и я будто проснулась, вышла из транса. Пришло сообщение от Даши: они с ребятами собираются в номере Сани и зовут меня. Я отказываюсь, хотя это могло бы быть хорошим вариантом попытки разрядить тревожную обстановку моих мыслей. Даша уточняет, всё ли со мной хорошо, но я быстро убеждаю подругу в том, что она зря переживает.
В голове внезапно вспыхивает идея, объяснение которой я не нахожу. Просто чувствую, что надо. Просто знаю, что так будет спокойнее. Я выхожу из номера, закрываю его и стучу в соседнюю дверь. Спустя несколько секунд мне открывают. Удивлённый взгляд Краснова характеризирует его неготовность к моему визиту и я даже машинально дергаюсь, будто в попытке сбежать.
- Что-то случилось? - спрашивает он, сведя брови к переносице.
- Нет, ничего. Просто...
Всё, что получается сказать, - эти три слова. Дальше ничего, в мыслях - белый лист. Я понятия не имею что ответить на его вопрос, как объяснить свой визит и своё тревожное состояние, которое он наверняка отметил. Поджимаю губы, прикрываю глаза и думаю, что вид у меня сейчас, мягко говоря, глупый.
- Заходите, - спокойно говорит Краснов и отступает в сторону. Закрывает дверь и предлагает чай, на что я соглашаюсь. Он не требует объяснений, не пытается заполнить тишину и вытянуть из меня слова. Даже не смотрит лишний раз. Просто заваривает чай.
- Я могу спросить?
- Спрашивайте, Аня.
- Этот Евгений... Вы знакомы с ним?
- Знаком, - лаконично отвечает он, заполняя кружку чаем. Голос его ровный и эмоций совершенно не выдает.
- И что Вы о нём думаете?
- Думаю, что Вам лучше просто держаться от него подальше. Во всяком случае пока что.
- Вы так и не объяснили почему, - я сжимаю кружку ладонями, чувствуя приятное тепло, которое машинально немного успокаивает.
- Я сказал, что объясню всё, когда буду полностью уверен в том, что собираюсь Вам сообщить, - отвечает он, опираясь на стол.
- Да, я помню, но это не вызывает у меня никакого чувства безопасности, наоборот - мне крайне неспокойно, после этих Ваших слов. Как прикажете с этим бороться? - слегка возмущённо спрашиваю я.
- Вы доверяете мне, Барская?
- Интересный вопрос. Скорее да, чем нет. Чисто подсознательно хочется доверять человеку, который тебя спас.
- Знаете что самое интересное? Я тоже Вам доверяю. «Чисто подсознательно», - с ухмылкой цитирует он мою последнюю фразу. Потом подходит ближе, опирается на подлокотник стула, на котором я сижу, значительно сократив расстояние между нашими лицами. Настолько, что я могу слышать его дыхание. Он нависает надо мной, рассматривает несколько секунд, а затем целует, держа второй рукой меня за подбородок. Мягко, но совсем не так, как в первый раз. Сейчас это медленно, намеренно, с лёгким привкусом наглости. Мне не присуща застенчивость, страх перед таким, но когда это делает он, внутри меня всё переворачивается. Реакция моего организма кажется до жути банальной: мурашки по коже, прерывистое дыхание, лёгкое онемение в затылке и ногах.
Я отвечаю на поцелуй не сразу, мне нужно несколько секунд, чтобы осознать происходящее. После этого машинально подаюсь вперёд, располагая свою руку на его шее. А чувствую, как уголки его губ расплываются в ухмылке. Он переносит руку из моего подбородка к шее, слегка резко отбрасывает волосы, оголяя ключицы. Губы его скользят ниже. Параллельно легко, словно лениво, оттягивает кожу, заставляя её в этих местах чуть ощутимо покалывать. Когда его касания смешиваются с теплым дыханием, которое я чувствую на своей шее, контроль пропадает. С губ срывается чуть слышный, неосторожный стон.
- Нравится? - самодовольно шепчет он прямо над ухом. Ответа не ждёт - подхватывает меня за талию, заставляя подняться со стула, и притягивает к себе. Смотрит в глаза, не убирая ухмылку. Это уже не тот Артём Александрович, которого я знаю. Он не сдержанный, не педантичный, не контролирующий каждый свой вдох. Сейчас Краснов вольный в своих действиях. И я не скрываю того, что мне это нравится. Нравится вот такой Артём - свободный, в чем-то бесцеремонный, близкий.
Я цепляюсь за ткань его футболки и целую. Жадно, нагло, нетерпеливо, так же, как это делал он минуту назад. Краснов подхватывает меня за бедра и несёт к кровати. Опускает на прохладное постельное белье и нависает горячим телом. Скользит пальцами под ткань футболки, провоцируя мгновенные мурашки. Я запрокидываю голову назад, когда он опять покрывает шею поцелуями, опускаясь с каждым касанием ниже. Нетерпеливо прижимаю его ближе к себе. Мне душно, мне тесно в собственном теле, мне хочется чувствовать Артёма каждым миллиметром покрытой мурашками кожи. Я меняю положение наших тел, оказываясь сверху. Он ухмыляется, приподнимая бровь. Обхватывает руками бедра и блаженно улыбается, выжидая следующих действий. Я поднимаю край его футболки, оголяя торс, и он помогает мне избавиться от неё. Несколько секунд задерживаюсь взглядом на надписях и рисунках на его теле. Татуировки, ещё и в таком количестве, у меня почему-то вовсе не вяжутся с образом Краснова. Касаюсь кончиками пальцев кожи, усеянной рисунками, провожу ногтем по одной из надписей. Он резко вдыхает и я чувствую, как на моих бедрах чуть сильнее сжимаются его руки. Я поднимаю взгляд, ловлю глаза Краснова и не нахожу в них привычного холода.
Мне доставляет удовольствие наблюдать за тем, как паралельно моим движениям напрягаются его мышцы. Но моя забава длится недолго - Артём нетерпеливо дёргает за запястье, прижимая к себе, и меняет положение тел. Нависает сверху и всматривается прямо в глаза.
- Барская, - произносит он тише, чем обычно, немного опустившись к моим губам.
- Что? - довольно улыбаюсь я.
Он молчит, проводит рукой вверх, располагая её прямо на шее. В его глазах играют довольные искры, когда видит реакцию моего тела на касания. А я злюсь на себя, на то, что так легко сдаюсь.
- Извини, но тут доминирующая позиция за мной, - голос его звучит слегка нагло, властно. Я цепляюсь ногтями за его спину, оставляя пару лёгких царапин. На что он лишь ухмыляется и немного сжимает руку на моей шее - не сильно, но достаточно, чтобы дыхание перехватило. Я молчаливо принимаю свое поражение. Он опускается, целует резко, настойчиво, так, что губы чуть ощутимо немеют. Медленно, словно с лёгкой насмешкой подводит руку под ткань моей футболки и приподнимает её. Я прогибаюсь навстречу и чувствую опять эту ухмылку на его губах. Отстраняется, скидывает с меня футболку и оставляет дорожку поцелуев на коже, каждый из которых ниже предыдущего.