Матч века. Зима 1993

26 февраля 1993 года, пятница

Зима в этом году выдалась суровая. Снег не просто шёл — он вылетал стеной, налипал на окна и шипел под редкими колесами «ЛАЗов» за воротами школы-интерната. Уже третью неделю температура не поднималась выше -20, а ледяные узоры на стекле в спальнях казались замысловатыми картами тайных стран.

Тренировки на стадионе отменили. Поле замело так, что от ворот остались только торчащие из сугробов сетки. Даже в спортзал было нельзя — потёк потолок, и теперь там сушили пол скрученными простынями.

Скука повисла над интернатом, как потолок в душевой, где вместо горячей воды — тонкая струя тепла, если повезёт.

Комната старших

На втором этаже, в углу старого корпуса, пахло пыльными учебниками, дешёвым дезодорантом и чем-то сладковатым — Сохи опять прятал ириски под матрасом.

Феликс сидел на подоконнике в трениках и шерстяных носках, смотрел в окно:
— Мрак. Даже голубей не видно. Наверно, вымерли…

Чан лениво листал комикс «Ну, погоди!», на котором кто-то жирно написал шариковой ручкой «11-Г Чонин, не трожь!».
— Скука. Так вот умирают души спортсменов... — театрально вздохнул он и лег головой на подушку.

И тут из-под кровати Сынмин выкатывает что-то круглое.
— А вот и выход. Пацаны, коридор наш!

Он бережно достаёт мяч, сделанный из трёх пар старых носков, плотно замотанных изолентой. Видно, что трудился с любовью.
— Тренер сказал — двигайтесь. Вот и будем двигаться!

Через 10 минут весь второй этаж оживает. Мальчишки из 11-А и 11-Б строят «ворота» из швабр и старых банок из-под какао. Под ногами — вытертый линолеум, по углам пыль и валяются журналы «Крестьянка».

Правила просты:

Задел стекло — штрафное и вытираешь окна тряпкой.

Разбил вазон — убираешь землю зубной щеткой.

Попал в физрука — не только вылет, но и минус прогулка в субботу.

Составы:

1 команда : Чан (полузащитник), Хенджин (капитан и защитник), Феликс (нападающий), Минхо (вратарь в лыжной шапке), Чонин (резкий и злой на поле).

2 команда : Сынмин (вечно рвущийся в атаку), Джисон (ловкий, играет босиком — «лучше чувствуешь мяч»), Чанбин (в защите), Вонбин (ворота, стоит в пуховике), Сохи (играет, жуя ириску).

---

Первый тайм: хаос и победа

С мячом выходит Феликс. Подкатывается к табуретке, от которой рикошетит, пасует Хенджину — тот бьёт, но попадает в ведро с водой. Брызги, визг, смех.

— Джисон:

Это что, дождевой гол?!

Ответный удар: Сынмин уходит от двоих, пяткой пасует Джисону — гол!

— Феликс (шепчет):

Месть будет сладкой, как ириска Сохи.

В одной из атак Чонин зачем-то пытается подкатиться — на носках. Пролетает полтора метра и врезается в радиатор. Все ржут.

Перерыв:

Сидят, пьют чай из термоса, заедая сухарями. Вонбин тихо включает магнитофон — играет «На заре» группы Альянс.

— Чанбин:

Вот бы нам такие матчи каждый день. Только без швабры в воротах...

Второй тайм: напряжение растёт

На 5-й минуте Феликс забивает... себе — мяч от табурета отскакивает прямо в его штаны. Гол засчитан. Феликс падает от смеха сам.
Даже Хенджин, обычно каменное лицо, засмеялся:

Ну всё, ты сегодня герой нашего села.

Счёт — 2:2.

Решающий момент:
Хенджин идёт сам, продвигается к воротам, обводит двоих, удар — и...
мяч застревает в висящем пальто завуча, которое сушилось в коридоре.

Пальто падает. Тишина. Даже чай в кружке замирает.

Через пять секунд — взрыв смеха.

Завуч появляется через минуту. Смотрит на пальто. На мяч. На пацанов.

— Завуч (устало):

Пусть будет 3:3. И не дай бог, вы мне в коридоре ещё раз штангу построите…

Мальчишки ликуют. Разбегаются в комнаты.

В этот вечер никто не сидит в углу с книжкой. Все обсуждают матч:

— «Ты видел, как Джисон с табурета пас головой скинул?»
— «Он, как Пеле, только в пижаме!»
— «А когда Феликс себе забил — я чуть не задохнулся!»
— «Жаль, баба Зина не засняла — у неё бы телик купили!»

Через неделю кто-то нацарапал на стене у столовой:

> «26.02.93 — Легендарный матч.
Счёт 3:3. Все живы. Вазон тоже.»