Глава 3. След тени
Минхва осторожно открыла пакет.
Внутри лежало ожерелье Юны — то самое, которое сестра носила каждый день, не снимая. Тонкая цепочка холодно блеснула в свете лампы. На металле были крошечные тёмные пятна, похожие на застывшие капли крови.
У Минхвы перехватило дыхание.
Она провела пальцем по цепочке и вдруг заметила: одно звено было слегка погнуто, будто украшение резко дёрнули. А ещё… от него исходил странный запах — слабый, резкий, похожий на антисептик.
Медпункт.
Это было не просто украшение.
Это была улика.
Предупреждение.
— Это… её? — едва слышно спросила Минхва.
Полицейский кивнул: — Мы нашли его возле школы. Возможно, оно выпало случайно.
Случайно?
Минхва сжала цепочку в ладони и вспомнила школьную медсестру — ту самую, которая последней видела Юну. Почему она тогда сказала, что «ничего странного не заметила»? Почему всё выглядело так, будто Юна просто ушла домой… и исчезла?
Вечером телефон зазвонил снова.
— Мы продолжаем поиски, — уверенно сказал полицейский. — Проверяем камеры, собираем улики, опрашиваем сотрудников школы. Пожалуйста, не теряйте надежду.
Он сделал паузу. На фоне послышался приглушённый шорох, будто кто-то стоял рядом.
— Мы найдём вашу дочь, — добавил он уже тише. — И раскроем всё, что с этим связано.
Мама Минхвы тихо всхлипнула. — Спасибо… пожалуйста, найдите её.
После звонка в доме стало слишком тихо.
Минхва сидела на кровати, сжимая ожерелье Юны, будто оно могло удержать правду внутри металла.
Они ищут, — повторяла она себе. — Они обещали.
Прошло несколько часов. Ночь медленно накрыла дом.
И тогда папа сам набрал номер полиции.
Ответили не сразу.
— Нам очень жаль, — голос был другим. Холодным. Чужим. — Но дальнейшее расследование невозможно.
— Что значит невозможно? — голос папы дрогнул. — Вы же сказали, что ищете улики. Вы обещали…
— Нам настоятельно рекомендовали остановиться, — произнесли после паузы. — Школа предоставила все документы. Ничего подозрительного выявлено не было. Дело закрыто.
Связь оборвалась.
— Как… закрыто? — прошептала Минхва.
Она сжала ожерелье так сильно, что металл больно впился в кожу. В груди поднялось не отчаяние — что-то другое. Холодное. Чёткое.
Если они не будут искать правду — я буду.
На следующий день Минхва всё-таки пошла в школу.
Она почти не спала. Ожерелье Юны лежало рядом на тумбочке, и каждый раз, закрывая глаза, Минхва слышала тот голос: «Дело закрыто».
У автобусной остановки её ждала Наим.
— Ты уверена, что хочешь сегодня идти? — осторожно спросила она, когда автобус тронулся.
Минхва посмотрела в окно. — Если я останусь дома, станет только хуже.
В школе всё было пугающе обычным. Смех, разговоры, звонки на уроки — будто Юна никогда не исчезала. Будто её стерли.
Минхва почти не слушала учителей. Мысли снова и снова возвращались к школе Юны. К медпункту. К ожерелью в рюкзаке.
После уроков они с Наим направились в спортзал.
Последний день наказания за опоздание.
Внутри уже была часть класса: кто-то мыл полы, кто-то расставлял инвентарь. Воздух пах пылью и влажной тряпкой.
— Эй… — тихо сказала Наим. — Ты совсем другая сегодня.
— Юна пропала, — ответила Минхва. — И полиция закрыла дело.
— Что?.. — Наим замерла. — Но как?
Минхва лишь покачала головой.
Они убирали молча. Каждый скрип швабры по полу отдавался в голове эхом. Минхва вспомнила, как Юна крутила это ожерелье в пальцах, когда волновалась.
— Знаешь… — прошептала она, наклоняясь к Наим. — У меня чувство, будто меня тянет туда. В ту школу. Как будто Юна оставила след… и ждёт, что я его замечу.
— Тогда мы найдём, — тихо сказала Наим. — Вместе.
И именно в этот момент Минхва подняла взгляд.
В дальнем углу спортзала, у стены, где свет не доходил, скользнула тень.
Она двигалась медленно. Не как человек — будто наблюдала.
— Ты это видела? — прошептала Минхва.
— Что? — Наим нахмурилась. — Там никого нет.
Свет над ними на секунду моргнул.
Тень исчезла.
Минхва сжала ожерелье Юны и вдруг поняла — Юна не могла просто взять и уйти. Здесь явно кто-то в замешательстве. Пока у неё на голове были разные мысли она опять почувствовала что за ними следят, повернувшись Минхва заметила чужую тень...