Кошмар 81 глава
— Отрывок из фильма ужасов —
[Мэри, получив пулю в голову, пошатнулась, но не упала.
Она продолжала смотреть на Карину, и её голос звучал хрипло, словно что-то мешало ей говорить:
— Карина, тебе не следует… кха… продолжать расследование.
Рука Карины, сжимающая пистолет, задрожала, но она старалась сохранять спокойствие:
— Я должна это сделать. Всему этому злу должен быть положен конец!
Услышав это, голова Мэри, уже изуродованная выстрелом, вдруг начала опухать, и ее лицо стало совершенно неузнаваемым.
— Тогда моё настоящее станет твоим будущим — это наказание Бога!
Бах!
В одно мгновение голова Мэри разлетелась на куски, забрызгав всё вокруг.
Карина успела спрятаться за диваном, и её не коснулись брызги крови и мозгов.
Наступила тишина.
Карина поднялась, охваченная горем. Она сжала кулон на шее, надеясь, что этот подарок священника придаст ей сил.
Внезапно входная дверь с грохотом распахнулась.
Не успела Карина поднять оружие, как почувствовала укол в шею, и её тело мгновенно онемело. Она упала на пол, и перед глазами замелькали яркие белые пятна.
Что происходит? Кто это?
Перед тем как потерять сознание, она услышала хриплый голос мужчины:
— Госпожа епископ, мы нашли Святую Деву.
Сквозь туман сознания Карина вспомнила название секты, записанное в ее блокноте — Святой орден.
В мрачном доме несколько мужчин, одетых как телохранители, подняли бесчувственную девушку с золотыми волосами и покинули дом.
Спустя долгое время в этом доме раздался тихий смех.
Хе-хе-хе... Судный день настал.]
Из отрывка «Кошмар»
******
Чжоу Юй невозмутимо посмотрел на водителя, и что-то холодное, непонятное промелькнуло в глубине его изумрудных глаз.
— Езжайте помедленнее.
Водитель перехватил его взгляд в зеркале заднего вида и вдруг ощутил необъяснимую тревогу. Он мгновенно сбросил скорость и повел машину осторожнее, чувствуя себя под странным давлением.
Когда взгляд Чжоу Юя оторвался от него, водитель с облегчением перевел дух. Странно, как такой тихий молодой человек мог вызывать у него подобное чувство уязвимости, и это даже унижало его.
Они ехали молча, и вскоре подъехали к нужному дому, Чжоу Юй вышел и подошёл к водительской дверце. Протянув деньги, он спокойно смотрел на водителя, который торопливо взял их, стараясь не встречаться с ним взглядом, и тут же уехал.
Чжоу Юй проводил взглядом уезжающий автомобиль и тихо хмыкнул. Повернувшись, он достал ключи и открыл дверь дома.
Внутри было темно — ни одного источника света. Щёлкнув по выключателю в гостиной, Чжоу Юй заметил отца, Юджина, который сидел на полу. Лицо его казалось неестественно синеватым, дыхание прерывалось, а рядом валялся полупустой пакет с белым порошком.
— Хрр... Помоги... хрр…— из горла Юджина доносился приглушенный, хриплый звук.
Чжоу Юй сел напротив и спокойно смотрел, как мужчина корчится в муках.
— Сегодня днём я видел, как ты получил это из машины,— сказал он, поднимая пакет с порошком и внимательно его разглядывая. — Я думал, ты завязал, но теперь ясно, что всё дело в этом, не так ли? Решил получить прилив сил?
Он заметил белые следы на губах Юджина и задумчиво потер подбородок. — Хотя, возможно, я ошибся. Ты выглядишь так, будто вот-вот умрёшь, хотя мог бы прожить ещё долго. Похоже, ты просто переборщил.
Юджин еле слышно прохрипел:
— Ты, мелкий ублюдок! Быстро… отвези меня… в больницу!
Чжоу Юй бросил пакет с порошком в мусорное ведро и равнодушно ответил:
— Как жаль, что твоё любимое «благословение» теперь тебя же и убьёт.
Он знал, что проклятие, заключённое в рисунке, не способно убить Юджина, лишь подтачивает его здоровье и силы. Лишать его жизни Чжоу Юй не собирался — его волновала только судьба матери, о которой можно было узнать лишь от этого человека.
— Последний раз спрашиваю, где моя мать, твоя жена? — спросил Чжоу Юй, холодно глядя в его остекленевшие глаза.
Юджин задыхался, его речь сбивалась, изо рта пошла пена:
— Эта… дрянь… посмела забрать мои деньги и не дала мне дозу, дрянь!
Чжоу Юй нахмурился, его взгляд потемнел. Он давно знал, что этот человек никогда не осознает своих ошибок.
— Проклятая мерзавка, заслужила, чтобы её принесли в жертву! Как она посмела донести на архиепископа, эта тварь… — Юджин смотрел в пустоту, словно видел перед собой ту женщину, которая когда-то его контролировала.
Чжоу Юй сжал кулаки, и его дыхание стало неровным.
Жертвоприношение. Архиепископ. Эти слова вызывали болезненные воспоминания.
— Когда я был маленьким, ты постоянно запирал меня в шкафу, говоря, что учишь меня самостоятельности, — произнес Чжоу Юй, глядя на мужчину перед собой. — Но я всегда знал — тебе просто было лень меня воспитывать. А потом ты увлекся этим «божьим благословением», избивал меня, не давал есть по два-три дня.
— Однажды ты чуть не убил меня, разбив бутылку о мою голову.
Чжоу Юй вспомнил тот день: он был слишком напуган, чтобы даже заплакать. В груди разгорался ледяной гнев.
Когда Юджин уже начал бредить, Чжоу Юй спокойно поднялся со стула и направился к выходу.
— … помоги... помоги мне, хрр! Завтра я отведу тебя к твоей матери! Хрр... она в особняке…
Сзади доносились слабые, задыхающиеся крики, но Чжоу Юй не остановился. Он знал, что отец и в этот раз пытался его обмануть. Не оглядываясь, он вернулся в свою комнату.
Закрыв дверь, Чжоу Юй вытер слёзы, скользнувшие по его щекам. Без единой эмоции на лице он переоделся, умылся и лег в постель.
В полной темноте он смотрел на звёздное небо за окном, его глаза, словно изумруды, отражали сложные, тяжёлые чувства.
Прошло некоторое время, прежде чем он закрыл глаза и спокойно уснул.
В городе воцарилась безмолвие, и все его обитатели погрузились в глубокий сон. Только в одном месте — в мрачном доме, о котором не принято упоминать, — свет не гас.
Внутри особняка.
Капитан по имени Эль взглянул на стоящего рядом громилу Валлена и спросил:
— Как тебе план? Сложности будут?
Валлен небрежно сверился с проекцией, где значились имена:
[Джонни Джойс, Чжоу Юй, Кенни Джемисон, Винсент Фокс].
— Не переживай, Эль, эти школьники слабые. Я без проблем приведу их, — ответил он, с лёгкой усмешкой.
Эль кивнул, его взгляд был холоден и цепок, но что-то в этом плане казалось ему особенно рискованным.
Мила, весело подмигнув, добавила:
— Давай, Валлен! Вся команда надеется на тебя.
Валлен взглянул на девушку, вечно остающейся ребёнком, и в его глазах мелькнула теплая улыбка.
— Ничего такого сложного. На самом деле, мы могли бы просто убить кого угодно, чтобы выполнить задание.
Мила рассмеялась:
— Ты меня не проведёшь! Капитан... ну, точнее, Эль сказал, что те, кто играет роли массовки, не по вкусу Небесному владыки, ему важны ключевые персонажи!
Услышав это, Валлен лишь слегка улыбнулся. Он знал, о чём идет речь.
— Ладно, Эль, я пойду отдыхать. Не хочу, чтобы Эмили начала что-то подозревать, — Валлен убрал проекцию и посмотрел на капитана.
Эль кивнул:
— Хорошо, иди. Постарайся придерживаться плана. Лучше всего закончить всё в течение двух дней. Судный день уже на подходе.
Валлон кивнул и вышел из комнаты.
После его ухода остальные члены команды тоже начали расходиться. В итоге в комнате остался один Эль.
Он ослабил галстук, чувствуя сухость во рту, и потянулся за чашкой, стоящей на столе. Внезапно раздался треск — чашка разбилась, осколки порезали руку.
Эль сжал окровавленные пальцы, и внутри него охватило странное беспокойство, как будто что-то ужасное должно было произойти.
Он был представителем высокоразвитой цивилизации из межзвёздного пространства. Его раса обладала врождённым чутьём, которое иногда проявлялось в неожиданных происшествиях, таких как случайно разбитая чашка, которая служила предостережением.
Это чувство не раз спасало его команду, и сейчас оно снова подсказывало ему, что рядом опасность.
Он отправил сообщение членам команды, попросив быть начеку, а сам подошёл к окну и задумчиво смотрел на тёмный лес.
Надеюсь, что на этот раз нас не подведёт удача, — едва слышно прошептал он.
****””
На следующее утро Чжоу Юй проснулся от настойчивого стука в окно. Открыв глаза, он увидел за стеклом ворона, внимательно смотрящую на него. Птица с красными глазами, заметив его пробуждение, замерла, словно провинившийся ребёнок, что выглядело забавно.
На бледном лице Чжоу Юя появилась лёгкая улыбка. Он встал, надел куртку и распахнул окно. Ворон, сидя на подоконнике, не испугался его движений и продолжал пристально смотреть на него, будто не мог налюбоваться.
Чжоу Юй протянул руку и нежно погладил его блестящие чёрные перья.
Он закрыл глаза, и уголки его губ тронула лёгкая улыбка — лицо, освещённое утренним солнцем, выглядело особенно красиво.
Птица расправила крылья и неожиданно полетела к нему.
Чжоу Юй на мгновение растерялся, но быстро взял себя в руки и с нежностью прижал птицу к груди. Он никогда раньше не встречал ворона, который не боялся людей.