Ее странности 28 глава

— ОТРЫВОК ИЗ ФИЛЬМА УЖАСОВ —

[Мир изменился.

За несколько лет, пока человечество было поглощено развитием технологий, в разных уголках планеты стали происходить необъяснимые с научной точки зрения события. Поначалу люди думали, что это всего лишь случайность, пока однажды эти явления не обрушились на мир, как ураган. В считанные дни более трети населения погибло или получили ранения. Мир охватило отчаяние.

Эта катастрофа получила название — Сверхъестественный взрыв. Все монстры и призраки, которые прежде существовали только на страницах книг, стали реальностью. Люди начали бояться выходить из дома, ведь на улицах они могли столкнуться с призраками, монстрами и другими ужасными существами и погибнуть.

Вскоре они перестали чувствовать себя в безопасности даже в собственных домах, так как призраки стали проникать внутрь, убивая многих во сне. Мир погрузился в хаос.

В прошлом город М был изолирован от внешнего мира. Люди избегали его и даже не задумывались о том, чтобы войти внутрь. Но однажды человечество столкнулось с новой угрозой — нападениями призраков и монстров. Эти чудовища начали появляться повсюду, сея хаос и разрушения.

Люди были в отчаянии. Они искали убежище, где могли бы спрятаться от опасности. И тогда они вспомнили о городе М. Раньше это место вызывало у них страх, но теперь оно стало их единственной надеждой на спасение.

Вокруг города М была построена база, которая стала убежищем для людей. Здесь они могли чувствовать себя в безопасности, зная, что призраки и монстры не посмеют приблизиться к этому месту. Ведь они боялись могущественного Короля-призрака, который обитал в городе.

Так город М, который когда-то внушал людям страх, стал их единственным пристанищем. Теперь он был наполнен жизнью и надеждой на лучшее будущее.

Король-призрак с длинными чёрными волосами всё так же бродил по пустынным улицам, равнодушный к происходящему. Он никогда не покидал пределов города, но любой, кто осмеливался войти, становился его жертвой.

По иронии судьбы, он невольно стал могущественным защитником человечества. Он не обращал внимание на людей, живущих вокруг города. День за днём он одиноко скитался по улицам, как и та беспомощная девочка, которой он когда-то был.]

Отрывок из фильма «Ее странности 3».

**************

Группа даосов, облачённых в полное боевое снаряжение, вошла на территорию школы. Несмотря на то, что каждому из них было за сорок, они оставались лучшими мастерами своего дела. На их лицах читалась тревога, а на лбу выступил холодный пот. Они уже успели установить магическую формацию вокруг призрачной зоны и теперь готовились войти в призрачное царство, чтобы сдержать Короля призраков. Их цель была ясна: активировать барьер и запечатать это место, не позволив Королю вырваться наружу и угрожать человечеству.

На территории школы царила мёртвая тишина. Земля была усыпана опавшими листьями, которые порывистый ветер поднимал в воздух, создавая зловещие завихрения. С первого шага даосы ощутили тяжесть энергии Инь — холодной, тёмной силы, питающей злые сущности. Атмосфера давила на них, словно они оказались в самом аду, где даже воздух был пропитан страхом и злом.

Однако, несмотря на нарастающую тяжесть и тревогу, даосы продолжали двигаться вперёд. Каждый шаг давался с трудом, но они знали, что не могут отступить. Их задача — защитить мир, сразившись с Королём призраков, — требовала полной самоотдачи и решимости.

**********

Фэн Син стоял на крыше, держа на руках Милану, будто она была хрупкой принцессой. Он невозмутимо сказал:

— Старший, они уже на территории школы.

Его глаза сверкнули алым светом, когда он внимательно следил за теми, кто осмелился проникнуть в это мрачное место. Он ненавидел, когда чужаки нарушали его владения.

Чувствуя себя неловко в столь интимном положении, Чжоу Юй осторожно спросил:

— Мы уже на месте?

— Да, — ответил Фэн Син, добавив с притворной добротой: — Я их выгоню, не убивая. Обещаю.

— Хорошо, но сначала поставь меня на землю, — попросил Чжоу Юй, нежно ущипнув Фэн Сина за щеку. Этот простой жест смягчил его холодное выражение, придавая ему почти милый вид.

Фэн Син бросил на старшего жалобный взгляд.

— Этот трюк не сработает. Отпусти меня, — с лёгкой усмешкой заметил Чжоу Юй, хотя знал, что их никто не видит. Всё равно ему было неловко из-за тех, кто находился внизу.

Поняв, что Фэн Син делает вид, будто не слышит его, Чжоу Юй предложил компромисс:

— Когда вернемся, ты сможешь обнимать меня сколько захочешь. Договорились?

Только после этого Фэн Син с явным сожалением поставил его на землю, медленно выпуская из объятий.

Когда ноги Чжоу Юя коснулись земли, он украдкой оглянулся на Фэн Сина — его высокая фигура резко контрастировала с его собственной. Серьёзно подумав, Чжоу Юй твёрдо решил, что с завтрашнего дня обязательно начнёт пить молоко, чтобы наконец-то подрасти.

*********

— Мастер, нам правда нужно заходить внутрь? Мы ведь так и не нашли точное местоположение Короля призраков! — с тревогой произнёс даос средних лет, подходя к седовласому наставнику в центре группы.

Мастер, сосредоточенно изучавший магический артефакт в руке, на секунду замер, услышав вопрос. Его взгляд потемнел от раздумий, но спустя мгновение он спокойно ответил:

— Нам придётся войти. Полдень уже близко — это время, когда Ян-энергия (сила света и тепла, противостоящая злу) на пике. Если мы задержимся, ситуация станет ещё хуже. Король призраков уже унес множество жизней. Даже если мы пожертвуем собой, мы не можем позволить ему вырваться на волю! Ради спасения невинных душ этого города, мы должны действовать!

— Да, мастер! — ответили даосы в унисон.

Они осознавали, что шансов на победу практически нет. В их глазах отражались не только страх перед судьбой мира, но и горечь собственной обречённости.

После тех страшных событий десятилетней давности, многие великие даосские кланы исчезли. Остались лишь слабые семьи, способные справляться только с мелкими духами. Но перед Королём призраков они были беспомощны. Мысль о том, что даже ценой собственной жизни они не смогут одолеть зло, тяготила их сердца. Боевой дух сломался, ещё до того, как они встретились с врагом.

********

Чжоу Юй, благодаря Фэн Сину, отчетливо слышал их разговор.

— Постарайся не причинять им вреда, ладно? — попросил Чжоу Юй, наблюдая за тем, как даосы решительно вошли в здание школы. В его взгляде читались уважение и восхищение к этим людям, готовым пожертвовать своей жизнью ради других.

Однако обвинения в адрес Фэн Сина ему казались несправедливыми — Чжоу Юй знал, что по своей природе он был добрым.

Фэн Син кивнул и легким взмахом руки переместил даосов.

— Я отправил их в безопасное место, — сказал он, ожидая похвалы.

Чжоу Юй рассмеялся, встал на цыпочки и нежно потрепал его по голове:

— Я знал, что ты лучший, младший брат!

Фэн Сина никогда не хвалили, и теперь его лицо мгновенно покраснело, а в сердце заиграли розовые пузырьки радости.

— Отведи меня к ним. Возможно, удастся договориться, — сказал Чжоу Юй, добавив мысленно: «А если не выйдет, придется держаться подальше, чтобы они не навредили Фэн Сину».

— Хорошо! — радостно согласился Фэн Син, снова пытаясь взять Старшего на руки.

— Эй, стой! — воскликнул Чжоу Юй, вырываясь из его объятий. — Я не хочу, чтобы ты меня носил!

*********

Когда даосы вошли в здание, их охватило беспокойство из-за легкой вибрации, пронизывающей стены и пол. Несмотря на тревожные чувства, вокруг казалось всё обычным: пустые коридоры, обветшалые стены.

— Что это было? — пробормотал пожилой даос, вытащив компас. Но стрелка оставалась неподвижной, лишь усиливая его замешательство.

Внезапно тишину нарушил испуганный крик:

— А-а-а! Призрак! Помогите!

Даосы вздрогнули. Голос явно принадлежал кому-то молодому, возможно, одному из пропавших учеников.

— Поторопимся! Если это пропавший, он в опасности! — скомандовал седоволосый мастер.

Все рванули в сторону крика. Завернув за угол, они остановились, увидев девушку, которая, сжавшись, сидела в углу. Её глаза были полны ужаса, а дрожащие руки прижимали к груди изорванную, запачканную одежду, покрытую пятнами засохшей крови.

— Помогите! Здесь... здесь призраки! — рыдая, закричала она, бросив на даосов взгляд, полный отчаяния и надежды.

Её голос срывался, словно от страха она не могла справиться даже с дыханием.

Один из даосов шагнул вперёд, собираясь утешить девушку, но седовласый мастер резко поднял руку, останавливая его:

— Уходим! Это живой мертвец.

Слова старшего повисли в воздухе, заставив всех застыть на месте. Живые мертвецы не появлялись в мире уже много веков, но мастер знал о них из древних манускриптов. Эти создания сохраняли разум, но поддерживали своё существование, питаясь живой плотью. Легенды говорили, что их превращали в таких либо Король призраков, либо могучие колдуны.

Лицо девушки медленно искажалось, приобретая болезненный серовато-желтый оттенок, её глаза покрывала мутная пелена. Тёмные пятна расползались по её коже, как гниль, но она, казалось, не замечала этих изменений. Её взгляд, всё ещё полный отчаяния, был прикован к даосам, словно она всё ещё ждала спасения.

Но те, не произнеся ни слова, развернулись и безмолвно покинули её, зная, что никакой помощи уже не было возможным.

Отчаяние овладело девушкой. Собрав остатки сил, она поднялась на дрожащие ноги и попыталась догнать даосов, но её тело уже не слушалось. Суставы окостенели, каждый шаг сопровождался жутким скрипом, словно старое дерево трещало под натиском ветра. Вскоре фигуры даосов растворились в темноте.

— Нет, не оставляйте меня! — Её крик был полон агонии и беспомощности, из глаз текли кровавые слёзы по бледным щекам.

Два дня она блуждала по коридорам без пищи и воды, измождённая страхом и голодом. Тело слабело, разум трещал под давлением. Стены словно сжимались, а перед глазами мелькали искажённые лица одноклассников, исчезающие в воздухе.

Её мысли мутнели, и, молясь о прощении, она всё глубже осознавала, что выхода нет. Безумие полностью овладело ею, и, как механическая кукла, она снова и снова бесцельно бродила в поисках спасения, которого не существовало.

********

Бледный юноша одиноко бродил по коридору. На его щеке виднелась рваная рана, но он не чувствовал боли. Его охватили безысходность и страх.

Вдруг он увидел девушку. Её глаза были полны кровавых слёз. Она шла прямо к нему, но внезапно растворилась в воздухе.

Юноша в ужасе закричал:

— Помогите! Кто-нибудь, помогите! А-а-а! Это призрак!

************

Мастера-даосы покинули девушку с тяжёлым сердцем. Её отчаянные крики эхом разносились в зловещей тишине.

— Мы правда не можем ей помочь? — спросил один из мастеров. Мысль о том, что он оставляет девушку без помощи, терзала его — у него самого были дети.

— Ты ведь знаешь, кто такие «живые мертвецы»? — с горечью ответил старший мастер. — Она уже мертва. Такое существование противоречит законам природы. В древних книгах говорится, что они питаются человеческой плотью. Кто знает, когда она нападёт?

Чжоу Юй и Фэн Син следили за даосами из тени. Чжоу Юй, не расслышавший их разговор, недоумённо спросил:

— Почему они не помогли той девушке?

Фэн Син небрежно пожал плечами:

— Возможно, приняли её за призрака и испугались. Видишь вон тот угол? — он указал в сторону, где, на первый взгляд, не было ничего примечательного. — Для обычного человека он невидим. Это искажение пространства. Там находятся пропавшие ученики. Они заперты в иллюзиях, из которых не могут выбраться.

Чжоу Юй вгляделся, но увидел лишь обычную стену. Тем не менее, Фэн Син продолжил спокойно, с невинной улыбкой:

— Не волнуйся, я их не убивал. Просто наказал, заставив заблудиться в их собственных кошмарах.

— Ты не убил их? — Чжоу Юй смотрел на него с сомнением.

Фэн Син ответил:

— Да, они живы. Они оказались в плену иллюзий, где время течёт иначе. Им может казаться, что прошла целая вечность, но их тела в порядке. Я лишь хочу, чтобы они пережили то, что когда-то пережил я.

Он на мгновение задумался, вспоминая, как его унижали за бедность и внешность, оставляли наедине со страданиями. Всё это постепенно исказило его душу, превратив его в того, кем он стал — злого духа, жаждущего мести.

Фэн Син не посещал школу по воле приёмной матери, но его ум был острым, и он с лёгкостью усваивал всё, что требовалось для школьной программы. Когда государство потребовало отправить его в школу, У Юнь была вынуждена уступить и позволить ему сдать экзамены.

Всю ночь перед первым учебным днём Фэн Син не мог сомкнуть глаз. Его сердце колотилось, а пальцы цепко держали старые, потёртые учебники — единственное ценное, что у него было. Он дорожил ими, зная, что они станут его опорой в новом, незнакомом мире. Он мечтал показать свои знания, надеясь, что это поможет ему завоевать уважение, а может, даже найти друзей.

Но реальность встретила его с холодной жестокостью. Уже в первый день он понял, что его поношенные ботинки и школьная форма, сшитая наспех, стали объектом насмешек. Одноклассники смотрели на него с презрением, не скрывая своего отвращения. Любая попытка завязать разговор натыкалась на стену оскорблений и высокомерных взглядов.

Его избегали, как будто он был заразным. Даже работа, от которой другие ученики уклонялись, доставалась ему. Уставший после мучительных экспериментов приёмной матери, он всё равно выполнял задания без жалоб, хотя внутри закипала обида.

Со временем его зависть к благополучным и счастливым сверстникам росла, как тень, окутывая его сердце. Он не мог понять, за что его так ненавидят, почему его бедность и происхождение делают его менее достойным. Даже учителя начали смотреть на него с пренебрежением, наказывая за малейшие проступки, и тем самым усиливая презрение одноклассников.

С каждым днём его характер менялся. Окружённый ненавистью, он стал отвечать тем же — агрессией. Но это лишь ухудшало его положение: его прозвали "сумасшедшим", и издевательства только усилились.

Фэн Син стал изгоем. Его стол исписали оскорблениями, учебники рвали и пачкали. Никто не вставал на его защиту. Ученики наслаждались его унижением, и чем больше он сопротивлялся, тем сильнее они давили на него.

Кульминацией всех издевательств стала история с Ли Хуань. Она стала лидером травли, и когда Фэн Син попытался защититься, её родители пришли в школу, отвели его на пустырь перед учебным зданием и начали избивать.

Он лежал на земле, пытаясь закрыть лицо от ударов, и сквозь опухшие глаза видел, как одноклассники стояли в школьных коридорах, наблюдая за происходящим. Для них это было просто зрелище — развлечение.

Эти надменные лица и холодные взгляды стали его вечным кошмаром. Он понял, что никогда не будет для них кем-то важным, не станет их другом или ровней. Для них он был лишь объектом насмешек, чужаком, которого они уничтожали морально.

Его сердце больше не знало ни жалости, ни прощения. Он жаждал только одного — чтобы они почувствовали ту же боль и одиночество, которые разрывали его изнутри.

Глаза Фэн Сина вспыхнули алым, и он устремил взгляд на призрачное пространство, где блуждали ученики, пойманные в ловушку иллюзий. Они отчаянно искали выход, которого не существовало. Потеряв всякую надежду, они постепенно сходили с ума, их крики разрывали тишину. Раскаяние за ошибки прошлого поглощало их, но покаяние не всегда вело к прощению.

Никто не мог вернуть к жизни Фэн Сина. Никто не мог стереть пропасть, которую эти люди создали между ним и Чжоу Юем.

Он оставил их в этих иллюзиях, позволяя им жить до тех пор, пока их разум не будет окончательно разрушен, пока страх и паранойя не овладеют ими полностью.

— Отпусти их, — тихо произнёс Чжоу Юй, и на его лице появилась улыбка облегчения. — Они ещё живы, и это самое главное.

Родители ждут своих детей. Такое наказание за школьный буллинг вполне справедливо.

— Хорошо, старший, — отозвался Фэн Син с той же безмятежной улыбкой.

Он знал, что важнее всего — сохранить доверие Чжоу Юя. Ради этого он был готов отпустить даже самых ненавистных врагов. Никто больше не встанет между ним и старшим.

Фэн Син знал, что Чжоу Юй добросердечен и не хочет лишних смертей. Раз они остались в живых, значит всё было сделано верно. Сохранённые жизни учеников стали наилучшим исходом.

Он был готов исполнить любое желание старшего, быть для него всегда добрым призраком, который незримо охраняет их связь. Никто не сможет нарушить их единство.

«Пусть вернутся в мир... другими, — думал Фэн Син с кривой усмешкой. — Пусть видят вокруг лишь тени и чудовищ, пусть подозревают каждого, кого встретят. Они станут такими же изгоями, как когда-то был я».

В этом он видел свою справедливость. Пусть их семьи почувствуют ужас, наблюдая за тем, как дети теряют разум, как страх и паранойя превращают их в чужаков в собственном доме.

«Теперь их будущее будет таким же тёмным и бесплодным, как когда-то было моё», — с горьким удовлетворением подумал Фэн Син.

Мастера-даосы, всё ещё блуждавшие в поисках Короля призраков, внезапно оказались за пределами школы. Ошеломлённые, они оглядывались вокруг, постепенно осознавая, что их миссия провалилась.

— Больше не смейте вторгаться на мою территорию, — прозвучал ледяной голос Фэн Сина, а затем раздался его безумный, пронзительный смех.

Даосы содрогнулись от страха. Они не смогли даже приблизиться к Королю призраков, а их тщетные попытки рассыпались в прах.

Чжоу Юй наблюдал за этим, устало потирая лоб. Он сдержанно покачал головой, а затем подошёл ближе к Фэн Сину.

— Не мог бы ты отпускать людей без этого безумного смеха? — с укором сказал он, слегка ущипнув Фэн Сина за нос, как младшего брата.

Фэн Син на мгновение замер, но затем его взгляд смягчился. Тихо опустив голову, он прижался к груди Чжоу Юя, как котёнок, жаждущий тепла.

— Я просто люблю смеяться, — прошептал он. — Даже когда на душе тяжело, смех хоть немного делает меня счастливее.

Чжоу Юй внимательно посмотрел на него, слегка прищурив глаза.

— А как ты будешь смеяться, когда по-настоящему будешь счастлив?

Фэн Син задумался на мгновение, его взгляд стал теплее, и на лице расцвела нежная, ослепительная улыбка.

— Вот так, — тихо сказал он.

Его и без того прекрасное лицо, озарённое этой улыбкой, полностью преобразилось, становясь неотразимым. Чжоу Юй застыл, ощущая, как его щеки внезапно вспыхнули, и поспешно отвёл взгляд.

— Э-э... хватит, — пробормотал он, скрывая своё смущение. — Пойдём уже.

— Конечно, — весело ответил Фэн Син. Его улыбка осталась такой же яркой, словно он впервые за долгое время почувствовал настоящую радость.