Глава 16 Ты готов к обману?
Встреча с Волан-де-Мортом стала словно точный удар подых. Тёмный лорд, славящийся своим непревзойденным мастерством манипуляций и контроля над жертвами, породил в сознании мужчины полный хаус.
Зельевара захлестнули тягучие, сдавливающие душу, воспоминания о временах... полных подчинения, преданности и восхищения... Огромный пласт ослабевшей души когда-то был отдан на растерзание безжалостному повелителю, что позволил ему, жалкому полукровке, прикоснуться к величию тёмной магии.
Вера? Ненависть? Глупость? Или желание быть кому-то нужным сподвигло его на это? А может роковым поворотом стала безответная любовь? В какой момент времени Северус Снейп заменил свою тягу к изучению и познанию нового на веру в незримую высшую цель и самопожертвование ради... ради кого?
Существа, которое невозможно назвать человеком? Приводящего в ужас каждого, кто лишь краем уха услышит это холодящее душу имя? «Великого» волшебника, превращающего непокорных в пепел, а сторонников в рабов с помутневшим рассудком? «Могущественного» мага убивающего маленького мальчика, из-за страха за свое будущее, вместе... вместе с его матерью...
— Лили... — тихий шепот мужчины растворился в городском шуме улицы.
Стоя на пороге дома семьи Блэк, Северус прокручивал в голове весь диалог с повелителем от начала и до самого конца. Прощупывал каждое слово, интонацию, новообретенные жесты, пытаясь проявить на свет самые потаённые желания Тёмного лорда. И чем глубже он погружался в раздумья, тем мрачнее становилось его лицо. Внутренний монолог с самим собой помог профессору вспомнить о своей истинной низменной и трусливой сущности.
Никто не мог разглядеть, как Северус колебался между храбростью и страхом. Но сейчас, когда сердце зельевара застучало в унисон с мрачными мыслями, он осознал, что все эти разговоры о трусости оказались чертовой правдой. Дрожь, что сковала его, казалась невыносимой. Он вдыхал воздух, наполненный угрюмым ожиданием беды, и понимал: страх был неотъемлемой частью его тёмной сущности.
Профессор вновь почувствовал себя беспомощным, каким уже был однажды. Но на этот раз другая стала причиной его беспомощности. Та, чей мир неумолимо отдаляется от его огромной пропастью, состоящей из времени, статуса и страха.
— Если я хочу иного исхода, — мужчина медленно ступил на следующую ступеньку, постепенно возвращая сознание в реальность, — у меня больше нет права оставаться в стороне.